Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 5, страница 29 – Саша Фишер

Астарот гордо выпрямился, в глазах у него засветился прямо-таки праведный гнев.

— Саня, стоп! — я приложил палец к губам. — Тихо! Прежде чем ты что-то скажешь, посмотри, пожалуйста на вот эту сумму.

И я развернул перед лицом Астарота листочек в клеточку с написанными на нем цифрами.

— Что это? — после продолжительного молчания спросил Астарот.

— Это гонорар, Саша, — елейным голосом ответил я.

— А ты двумя нулями не ошибся? — Астарот продолжал смотреть на бумажку, будто там могло от его взгляда что-то поменяться. Ну, там, на секунду отвернется, и волшебная астрономическая пока что по нашим меркам сумма возьмет и исчезнет.

— Ничего себе… — Астарот мелко заморгал, тряхнул головой, а потом снова уставился на бумажку. — Да быть такого не может!

— Может, Саня, — кивнул я. — Все именно так, никакого подвоха. Это наша с вами поездка в Питер на «Невские берега». С какой-то гостишкой, едой, взносом и даже останется чуть-чуть на проставиться после.

— Астарот, ну пожалуйста! — Бельфегор молитвенно сложил руки. — Снимать будет Стас! Мы же с ним уже работали, он отличный оператор! Все круто будет, честно!

— На вагонах мы точно столько не заработаем… — ошарашенно пробормотал Бегемот, заглядывая Астароту через плечо.

— Это отличное предложение, — осторожно сказал Макс. — У меня был один вариантец, как денег раздобыть, но лучше вот так, потому что… В общем, у меня все неочевидно…

— А нас точно не кинут? — подозрительно спросил Астарот.

— Точно, — усмехнулся я. — Могу даже деньги показать. Даже больше скажу. Если сейчас мы откажемся, то я помчусь кабанчиком в рок-клуб, чтобы найти других желающих покривляться на камеру. Потому что…

— Да все! Все! — Астарот шумно выдохнул. — Ты меня убедил!

— Ура! — Бельфегор подпрыгнул и кинулся обнимать Астарота. — Я сразу говорил, что надо соглашаться! Еще тогда!

— Кстати, внезапно, нет, — ухмыльнулся я. — Если бы Саня тогда дал добро, то мы бы получили сильно меньше. А из-за того, что он уперся, как капризная старлетка, заказчик и швырнул в нас совсем уж неприличной суммой.

— А сценарий тот же? — спросил Бегемот. — Ну, там, сцена, концерт, поклонники… Вот это все?

— Да, это рабочий вариант, — кинвул я.

— Там же тогда сцена нужна нормальная, — задумчиво проговорил Бельфегор. — Наш ДК профсоюзов не подходит… Будет смотреться не как рок-концерт, а… Как не знаю что. Даже в «Буревестнике» лучше. Но там со светом проблемы… Можно в театре ночью опять договориться. Если дым-машину запустить, то…

—Снимать будем на «муке», — сказал я.

— Оооо… Точно же! — Бельфегор закатил глаза.

«Мука» или, если по-официальному «дом культуры новокиневского мелькомбината» была местом легендарным в своем роде и очень специфическим. Про этот городской феномен я узнал по чистой случайности, еще в своей прошлой жизни, когда учился в седьмом классе, кажется. Ну или около того. Я куда-то ехал, но заблудился. Сел не на тот автобус, он куда-то свернул и завез меня в какой-то дремучий частный сектор на берегу Киневы. И посреди приземистых одноэтажных домиков возвышалась махина новокиневского элеватора. Водитель автобуса поступил со мной жестоко. Доехал до конечно, высадил и умчался в неведомую даль. А я остался посреди вот этого самого «нигде» из одноэтажных домов и бетонного исполина, теоретически заполненного изнутри пшеницей. Я потоптался на остановке, понял, что никакого нового автобуса не предвидится, а тот, что меня привез, вообще, скорее всего, приехал сюда по ошибке. Ноги мои от мороза свело, ветром сдувало шапку, в общем, все семью семь удовольствий в одно лицо. Я сунулся к калитке частного дома, но тут же отпрыгнул, потому что забор затрясся от удара мощных лап сторожевой собаки. Которая высунула над забором свою гигантскую башку и басом залаяла. Делать было нечего, я поплелся искать спасения в эту высотную громадину. Просто она была ближе всех, до остальных многоэтажек, в подъездах которых можно было укрыться от холода, виднелись где-то совсем уж на горизонте.