Онлайн книга «90-е: Шоу должно продолжаться 6»
|
— Жалюзи, — задумчиво проговорила Ирина. — Если повесить жалюзи, то они еще могут работать отличным фоном для новостей. — Ты уже решила, что точно хочешь свой телеканал? — спросил Жан, усевшийся прямо на один из столов. «Ангелочки», поучаствов в разгрузке, умчались обратно в студию, дописывать песни. — Кстати, ребятишки, если вам нужно, то можно телефон в вашей комнате поставить, — сказала Наталья Ильинична, входя в комнату. — Вот туточки розетка, аппарат у меня где-то в каптерке лежит рабочий, так что… — О, а вот это вообще прекрасно! — жизнерадостно заявил я. — Спасибо, Наталья Ильинична, вот что значит жизненный опыт! Сегодня директриса уже ни разу не смотрелась бабулей. Она переоделась в бордовый брючный костюм, уложила волосы в высокую прическу, на шею повязала шелковый платочек. И надела туфли, так что ее шаги теперь были слышны задолго до ее появления. — Сейчас принесу тогда, — сказала она. Стук ее каблуков удалился, потом замер, раздались голоса. Было слышно, как Наталья Ильинична сказала: «Да-да, все верно, это дальше по коридору, вон там, видите, открытая дверь?» Ага, судя по всему, она столкнулась со Светой или Наташей, которые тоже должны были подъехать сегодня. — Представляете, иду сейчас от остановки, а мне навстречу идет мужик с клоунским гримом, — сказала Наташа, появляясь на пороге. — Ну, точнее, мне сначала так показалось. Прикиньте, да? Встретить клоуна в частном секторе! Потом он подходит ближе, и я понимаю, что это не клоунский грим, у него просто нос такой, здоровенный и красный. Офигеть, я никогда таких носов не видела! Прямо как шар такой круглый… Наташа показала рукой на лице, какого размера был нос. — А потом он вдруг схватил меня за руку и говорит шепотом: «Они все за мной следят!» — не меняя ни тона, ни выражения лица, продолжила Наташа. — Нам надо срочно спрятаться! Я знаю место! И держит,главное, так крепко. Пришлось его сумкой по башке огреть, чтобы отпустил, — Наташа вздохнула. — Лучше бы это был клоун. А то просто псих какой-то… — А у нас вчера возле дома один псих устроил целую демонстрацию, прикиньте, — усмехнулся Жан. — У нас двор такой большой, дом стоит как бы кольцом таким… гм… квадратным. Ну, в общем, там в центре детская площадка и все такое. Так вот, мужик нарисовал здоровые такие транспаранты, развесил их на железной горке, на качелях. А под каждый еще повесил плечики с одеждой. Типа, как будто каждый транспарант человек держит. И сам тоже рядом встал. И себе на грудь тоже повесил транспарант. И в мегафон еще орал что-то. — А что хоть на транспарантах-то было? — с любопытством спросила Наташа. — Да как всегда, — Жан пожал плечами. — Кажется, он даже эти плакаты не сам нарисовал, а просто на площади Ленина подобрал, когда там бастовали на прошлой неделе. «Долой Ельцина!» и «Остановите каток рыночных реформ». Он еще в мегафон орал, так мужики вышли, хотели ему навалять, но потом просто вызвали дурку. Псих… — Псих… — повторила Наташа. — Слушайте, а у нас в психушках правда надевают смирительные рубашки? — А что это мы вообще заговорили про психов? — хмыкнул я. — Так-то у нас сегодня есть другой повод для радости. Мы въехали в свой первый настоящий офис. — У слова «псих» и слова «офис» совпадают две буквы из четырех, — глубокомысленно изрекла Наташа. — А еще я знаете что подумала? Нам нужно название! Мы же, получается, коммерческая фирма, да? Значит должны как-то называться! |