Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 7, страница 110 – Саша Фишер

— Раздевайся тогда, раз лезть собираешься, — проворчал «косоворотка» и подтолкнул меня к столу-раздевалке. — Ты же следующий!

— Так он еще даже к столбу не подошел, — усмехнулся я.

— Да он быстро, ты не переживай! — заржал «баклажаноносый».

И не ошибся, к сожалению. Мужик передо мной не смог подняться даже на метр. Дернулся, едва-едваподтянулся на руках и съехал вниз сразу же.

Плюнул и пошел одеваться. Как и предыдущий, пряча глаза.

— Спорим, этот волосатый выше этого не залезет? — снова раздался голос «баклажаноносого».

«Посмотрим…» — подумал я, переступая босыми ногами по подтаявшему снегу. И двинулся к столбу.

Я похлопал ладошкой по гладкому дереву столба. Ну что ж…

Помнится, в школе было такое упражнение — залезть по канату под потолок спортивного зала, коснуться его ладошкой, а потом спуститься вниз. Из всей страховки — только стандартный дермантиновый мат. Не помню, в каком классе было дело, помню только, что когда физрук впервые поставил нам задачу, большая часть пацанов и девчонок потерпели в этом упражнении сокрушительное фиаско. Включая меня, кстати. Физрук усмехался в усы, глядя на наши тщетные усилия подтянуть себя руками повыше. Помню дрожащие от напряжения руки и горящие ладошки. И уши горящие тоже помню, когда сполз с середины каната, бесславно проиграв первый подход к этому снаряду. Из всех однокашников только Серега Прилуцкий забрался по этому злосчастному канату как обезьяна. Издевательски заржал под потолком, когда похлопал по нему ладошкой. И еще Наташка Кузнецова забралась наверх с первого раза. Но в ней никто даже не сомневался, она была акробаткой или в цирковой студии занималась. А нам же, простым смертным, оставалось только бухтеть на непомерные требования школьной программы физкультуры и безуспешно наседать на Серегу в раздевалке, чтобы он раскрыл свой секрет. Но он только ржал, уворачивался и кричал, что все мы сосиски.

Я обхватил столб руками и ногами.

Хрен знает, почему физрук нам не объяснил технику этого упражнения. Может быть, считал, что должны сами догадаться. А может ему просто нравилось смотреть, как мы мучаемся. Что бы там ни было, но уроки с лазаньем по канату лично я всеми силами старался как-то пропустить. Желательно по уважительной причине.

Все поменялось в один миг. Однажды Генка, которому все время хотелось придумать какой-то движ, уволок меня на торжественное открытие дворца пионеров. В начале седьмого класса это было, кажется… Или шестого? Не помню точно. Там был концерт на крыльце, и руководители всех подряд кружков зазывали к себе новых адептов. Мы с Генкой записались в спелеологию. Не потому что мечтали лазать по пещерам, просто туда пошла девчонка, за которой мы оба ухлестывали. Надо же, даже не помню, как ее зовут. Помню только, что она блондинка. С пшеничными такими пушистыми волосами. И само слово «спелеология» я впервые от нее услышал. Даже не знал, когда записывался,что оно означает.

Я уперся ступнями и голенями в столб и бросил тело вверх. Перехватил руками.

Когда десяток мелких шкетов и девчонок пришли на первое занятие кружка в спортзале, то наш инструктор сообщил, что первое, чему мы здесь должны научиться, это лазать по веревочной лестнице. Которая, кстати, и висела тут же. Пристегнутая к потолку.