Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 8, страница 46 – Саша Фишер

— Какое это имеет отношение к делу? — воскликнула Гертруда.

— Я только что придумала для вас подарок, — заявила Наташа. — Я подарю вам толковый словарь. И закладку на слове «субординация».

Сидевший до этого молча в первом ряду Жан сдавленно засмеялся.

Гертруда густо покраснела.

— Ну, знаете… — она набрала в грудь воздуха, и я подумал, что надо бы срочно убрать со сцены стол и стулья. А то не ровен час она своим голосом распилит их на части.

— Девочки, девочки! — пухленький Константин влез между Наташей и Гертрудой. — Самое времявыдохнуть, попить чайку, вот я печенье как раз с собой принес… Между прочим, моего производства!

— Костя, ты тоже считаешь, что пускать все на самотёк — это отличная идея? — спросила Гертруда.

— Я ещё раз хочу вам напомнить, что мы уже это обсуждали, — саркастично вздохнула Наташа и всплеснула своими длинными руками. — Ну, это был вроде как намек на то, что мы тратим время на ерунду. О, Велиал, отлично! Иди сюда немедленно!

— Что за нелепая кличка? — фыркнула Гертруда Валентиновна. — А нормальное имя у этого молодого человека есть?

— Велиал, не обращай внимания, — махнула рукой Наташа. — Она на самомо деле отличная, и понимает все ещё лучше нас с тобой. Просто иногда на нее находит…

— Наташа! — прикрикнула Гертруда.

Наташа сладко улыбнулась. И улыбка на ее инопланетном лице выглядела жутковато, как всегда.

Но неожиданно атмосфера сама собой разрядилась. Гертруда улыбнулась, села на стул и сложила руки на коленях.

— Значит так, давайте повторим ещё раз, — сказала она обычным человеческим тоном. Хоть и все равно громко, конечно. — Мы предлагаем кандидатам самим выбирать форму самовыражения, и просто смотрим. Так?

— Да! — Наташа радостно вскинула руки.

— А какие тогда будут критерии отбора? — спросил Константин Игоревич. И судя по интонации, этот вопрос уже тоже звучал. Все трое как будто играли какой-то очередной дубль на съёмках фильма.

— Мы с Ириной выберем тех, которые нам понравятся, — сказала Наташа. Ирина, молча сидевшая в первом ряду, согласно кивнула. — А вы придумаете какое-нибудь умное обоснование, чтобы никому не было обидно. Так, Велиал?

— Ты босс, — пожал плечами я.

— Все это выглядит авантюрой, ну да ладно… — вздохнула Гертруда Валентиновна. — Как говорится, если делать все как всегда, то у разбитого корыта и останешься…

— Технически, бабка как раз пыталась выпендриться с каждым своим желанием, — заметил Константин Игоревич.

Подготовка снова перешла на повышенные обороты. Но в исполнении конкретно этих трёх людей смотрелось все это так гармонично, что я немедленно расслабился и преспокойно уселся на первый ряд вместе с Жаном и Ириной.

В зал постепенно приходили всякие люди. Как я понял, это были пока не участники и не зрители, а этакое нечто среднее — близкиеи дальние знакомые Наташи и Ирины, которых эти две неугомонные барышни выдернули на мероприятие, чтобы создать ощущение наполненного и заинтересованного зала. Резоны Наташи были просты — сейчас мы на «первой серии» отбора обкатаем это все, и к «фазенде» уже будем знать, где какие просчеты. С этим я вообще не спорил, потому что сам же в головы своим сподвижникам не уставал вкручивать — пришла идея, делай! Потому что нет вокруг кого-то, кто точно знает, как это реализовывать. Так что давайте ошибаться, косячить, спотыкаться, но идти вперёд. Никто не знает, как правильно. Точно только одно — если не сделаешь, то и не узнаешь ничего.