Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 11, страница 93 – Саша Фишер

— Да-да, лапу, — ехидно фыркнула Надя.

Все снова заржали, Бегемот покраснел и насупился.

— Велиал, а что у тебя лицо такое хитрое? — Бельфегор подергал меня за рукав.

— Тссс! — я сделал большие глаза и приложил палец к губам. — Я жду.

— Чего это? — еще подозрительнее спросил Бельфегор.

— Когда вы подеретесь и разорвете эти газеты на кусочки, — невозмутимо сказал я. — Тогда у меня останутся единственные целые экземпляры. И я сам их продам на том аукционе, который будет перед вашим мировым турне.

— Ой, да ладно, мировое турне, ага… — Ян засмеялся. Но «ангелочки» смех не подхватили.

— Так они же всего две газеты принесли, я сам видел! — воскликнул Бельфегор. Теперь уже все уставились на меня с подозрительным прищуром. Ну, театральным таким, наигранным. Так что я честно выдержал паузу и только потом рассмеялся.

— Да ладно, я эти газеты еще вчера купил в союзпечати, — хмыкнул я и наклонился к сумке со своими вещами. — По шесть экземпляров.

* * *

Когда все идет как-то слишком хорошо, обязательно должна наступить какая-то жопа. Ну то есть, необязательно прямо жопа, конечно, но откат неизбежен. Просто за счет контраста с безудержным весельем. И началось все сразу же, как мы въехали в Онск, разумеется.

— Ни фига себе, — присвистнул Бельфегор, когда мы медленно проехали мимо одной из наших афиш. На которой маркером было размашисто написано «Слуги Сатаны». И еще приписано несколько не очень цензурных слов.

— Ненавижу Онск, — шепотом вздохнула Ева.

Музыканты притихли. Всевеселье как-то сошло на нет. Мрачноватые улицы Онска не внушали энтузиазма. Ну и нам попалось еще несколько афиш. Кто-то не реально не поленился. В паре мест они были частично оторваны. А про сатану так было на каждой написано.

«Нда, прощайте, тысяча мест…» — мысленно хмыкнул я.

— Прикиньте, сейчас приедем, а нас там уже ждут с вилами и лопатами, — сдавленно произнес Бегемот. И все захихикали. Но скорее нервно, чем весело.

Заселение в этот раз тоже было совсем не таким радужным, как в Закорске. Коменда общежития, в котором я договорился о размещении, зыркала на нас подозрительно, пока я документы подписывал. Потом затребовала, чтобы ей непременно все сдали паспортные данные.

— В двадцать три ноль-ноль общежитие закрывается, — заявила она, когда мы закончили все формальности. — Если после этого часа придете — не пущу. Ясно вам?

— А если концерт будет дольше? — шепотом спросил у меня Бельфегор. Бабуля была такой грозной, что все притихли, и никто не рискнул ни возразить, ни отпустить шуточку, когда она зачитывала свод правил. Про не курить, не шуметь, никаких гостей, никаких прогулок по коридору.

— Гостиница строгого режима, — тоже шепотом сказал Ян, когда коменда наконец-то ушла.

— А почему шепотом? — усмехнулся я.

— А вдруг она подслушивает? — Ян стрельнул глазами в ту сторону, где скрылась грозная сгорбленная фигура нашей драконицы. — Блин, Велиал, ты бы хоть предупреждал, что так будет.

— Я не мог, — я честно развел руками. — Договаривался я с милейшей дамой Анной Анатольевной.

— Жесть, — резюмировал Астарот. — Может, лучше сразу уедем?

— А кормить нас будут? — спросил Бегемот.

— Тебе лишь бы пожрать, — буркнул Бельфегор.

— Я бы на всякий случай не стал есть, даже если бы кормили, — заговорщически сказал я и подмигнул. — Прикиньте, если они тут в еду что-то эдакое добавляют? Поел, у автоматически становишься жителем Онска.