Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 13, страница 107 – Саша Фишер

И все равно я был рад остаться с Евой наедине. Мы вдвоем унесли всю посуду на крохотную кухню. Реально, крохотную, прямо закуток какой-то, в который едва-едва поместились здорвенный холодильник «ЗиЛ», газовая плита и мойка с двумя кранами, соединенными резиновой «лейкой». Странно спроектировано. Дом довольно просторный, а кухня — меньше, чем в хрущобе. Как тетя Марта здесь все это готовила, интересно? Я с ногами взгромоздился на подоконник, чтобы не путаться под ногами у Евы, которая принялась неспешно и тщательно мыть посуду и складывать ее в сушилку прямо над мойкой.

Я тихонько рассказал ей обо всех своих сегодняшних приключениях, про диджеев «Европы плюс», которые на сцене оказались совершенно неуместными, про Банкина и то, как я с ним вел тайные переговоры через окно палаты, потому что свидание с ним мне не позволили. Типа, я не жена и не близкий родственник, так что нефиг тут. Потом даже прочитал последовательность действий, которую мне Грохотов выдал, чтобы Банкина из психушки на денек высвободить.

— Что-то отчудил Женя, похоже, раз ему там режим ужесточили, — сказала Ева.

— Считаешь, нужно выяснить, что случилось? — спросил я.

— Не знаю, если честно, — пожала плечами Ева. — Банкин… гм… противоречивая личность. Мне его, с одной стороны, чисто по человечески жалко. Он ведь реально, получается, много полезного сделал для рок-музыки в Новокиневске. А с другой… Ну… он… как бы… заслужил, что ли…

— Я же тут случайно ухитрился познакомиться с твоей лучшей подругой Камиллой, — сказал я, выделив слова «лучшая подруга» саркастичным тоном.

Ева замерла с недомытой тарелкой в руке. Потом медленно повернулась ко мне.

— Демонически хохоча? — недоверчиво повторила Ева.

— Ну, может, не совсем демонически, — усмехнулся я. — Но ржал по-дурацки. Прыгал через три ступеньки в одних носках, а кроссовками размахивал над головой.

Ева улыбнулась сквозь блеснувшие слезы.

— Даже если ты это все придумал, то это ужасно смешно, — сказала она. — Представляю ее лицо, если это правда.

— А какой смысл мне выдумывать? — пожал плечами я. — Уверен, эта твоя Камилла очень скоро в красках всем расскажет, какой я придурок.

— Это не моя Камилла, — неожиданно резко сказала Ева.

— Извини, — развел руками я. — Правда случайно все получилось. Готов загладить вину любым возможным способом…

— Ты не виноват, — Ева быстро шагнула ко мне и обняла меня за шею. — Ты вообще удивительный. Мне так с тобой легко, даже не знаю… Меня порой даже пугает твоя честность…

— Ну-ну, милая, — я погладил ее по волосам. — Так ведь нечего скрывать.

— Ты не понимаешь, — вздохнула она. А я, наверное, не смогу объяснить.

Я молчал и ни о чем не спрашивал. Понятно было, что по поводу этой Камиллы у моей девушки имеется какой-то болезненный бзик. И, как подсказывал мой жизненный опыт, объяснить таковой как-то просто все равно не получится. Так что я и не лез с расспросами. Захочет — расскажет. А не расскажет — так и ничего страшного. В любом случае, я на ее стороне. Ева моя девушка, а Камилу эту я видел в первый раз, и то случайно. И, надеюсь, в последний…

— Понимаешь, это как-то правда сложно, — Ева отстранилась и заглянула мне в лицо. — Вроде бы, она ничего конкретно плохого мне не сделала. Мы правда много общались, даже дружили… Но… Она как будто всегда меня воспринимала как… Блин. Ну, не как прислугу, а типа как будто у меня ничего нет своего. Еще в школе я как-то призналась ей, что мне нравится один мальчик. А она… Нет, все равно как-то глупо. Когда она уехала, с меня как будто цепи сняли. И вот сейчас она вернулась, а я боюсь, что снова стану ее бледной тенью. Фрейлиной из свиты.