Онлайн книга «90-е: Шоу должно продолжаться 14»
|
— Брюлики, значит, — усмехнулся я. Трындец, конечно, время шальных денег эти девяностые! Чертовски сложно привыкнуть вот к этой диковатой щедрости. Причем как же быстро это все произошло, уму непостижимо! Буквально только что, пару лет назад, был еще Советский Союз, с его относительным равенством, моргнуть не успели, какобщество раскололось на богатых и бедных. Причем баснословно богатых и катастрофически бедных. Увлекательная вещь — история. Когда познаешь ее на практике. — За тебя, братан! — Василий звякнул стаканом об бутылку в моей руке и одним глотком закинул в себя янтарную жидкость. Я сделал небольшой глоток. Василий обнял меня и похлопал по спине. В этот момент снова зазвенел «школьный» звонок. — Так, пять минут! Все, шуруй отсюда! Там твои гаврики сейчас открывающими будут, не хватало еще, чтобы ты пропустил! Давай-давай, топай! А я тут останусь, мне все на контроле держать надо! И сегодня чтобы честно набухался, понял? Завтра чтобы как штык в двенадцать был, но сегодня — сам бог велел, ясно? И не надо мне вот эту свою хитрую рожу делать! Я босс! Сказал — выполняй! — Понял-принял! — я вытянулся по стойке смирно, потом расслабился, засмеялся. Пожал Василию руку и тоже выскочил из кабинета. «Волонтерское» фойе тоже опустело, все ушли в поле. Странное дело. Там, в моем прошлом-будущем, я уже после сорока старался по возможности людных мероприятий избегать. Ну, когда мне на них по работе не приходилось бывать, разумеется. Но то работа, это другое. Отдых же свой я всегда планировал где-то вдалеке от толп. Когда в городе случалось массовое мероприятие, самым правильным считал сесть за руль и умчать в глушь. На какую-нибудь отдаленную базу в лесу, шашлычки, птички поют, красота… Уставал от толп. Не понимал, зачем людей так тянет собраться кучей, толкаясь локтями и задницами. Но а сейчас я, наверное, был Вовой-Велиалом больше, чем собой. Гул толпы на стадионе отзывался внутри прямо-таки бабочками в животе. Я шел вдоль трибуны, смотрел на людей, заполнивших футбольное поле, и так мне было радостно. И нет, даже не потому что Василий только что сказал про «сколько бабок заработали». Это было, конечно, хорошо, сразу же развязывало руки насчет того самого корпоративного отпуска на море, но радостно мне было не поэтому. Кажется, я уловил этот самый вайб, который заставляет людей вот так добровольно толпиться. Ну вот реально, что они там увидят на сцене? Особенно те, кто стоит у дальнего края поля? Просто головы среди бесконечного моря других голов? Где-то бесконечно-далеко какие-то фигурки дергаются на сцене, а из колонок — музыка. Которую, скажем, в наушниках слышногораздо лучше. И нет рядом орущих и дрыгающих конечностями других людей… Ведь так? Но голос логичного и взрослого меня внутри головы Вовы-Велиала прямо-таки смыла волна смеси восторга, боевого задора, предвкушения и… единства? Все эти люди здесь — они ведь не просто какие-то отдельные люди. Они — на одной волне. И волна эта как мощная линза многократно усиливала рождающиеся где-то глубоко в душе радостные искры… Пришлось даже подавить в себе сиюминутное желание ввинтиться в толпу, стать ее частью и тоже радостно орать, прыгать, толкаться локтями, корчить рожи и кривляться. Распустить аккуратный хвост в беспорядочную гриву, как вон те придурки, которые скачки вдоль рядов устроили. И… |