Книга Темный флешбэк, страница 158 – Александр Лонс

Хорошо, хоть подумать можно о том, на что обычно не хватает ни времени, ни возможности. Моя работа убивала нормальные человеческие чувства. А если и не убивала до конца, то делала какими-то извращенными, сухими и схематичными. Во мне мало… да какое там мало – совсем не осталось сочувствия и сострадания к окружающим. Даже к себе самому. Да, иногда кому-то помогаю, но только лишь потому, что просто не могу поступить иначе, а вовсе не из соображений нравственности и морали. Иногда притворяюсь любящим и отзывчивым, но это маска, мимикрия для получения сиюминутных результатов. Те, кто хоть сколько-нибудь меня знают, думают, что я хороший, добрый и интересный в общении человек. Или наоборот – считают меня чудовищем и исчадием ада. Я ни то и ни другое, но я могу разрешать себе казаться кем-то только потому, что мне так надо или наоборот – ни до чего нет дела в этой жизни. На самом деле я просто зауряден, бесцветен и оторван от всех. Когда я вел себя естественно, когда в редкие минуты становился самим собой, то меня просто переставали замечать. Вообще. А когда я придумывал для себя новое имя и рассказывал от этого чужого лица всякие небылицы, то у меня возникало ну просто навалом друзей и приятелей, причем они были не фальшивые, а вполне настоящие. Я везде становился желанным собеседником и бесценным другом. И тут же от меня сразу начинали чего-то хотеть и ждать. Чтобы я кому-то позвонил, с кем-то поговорил и куда-то сходил. Но я не звонил близким друзьям и не встречался с ними только потому, что у меня давно уже не было ни близких, ни настоящих друзей. А если с кем-то и общался, то лишь для участия в тех немногочисленных мероприятиях и тусовках, на которые просто не хотелось приходить одному. И мало кто знал, что, просматривая свою адресную книжку, я не искал имени того, с кем мне лучше, а всего лишь выбирал из некоего числа неприятностей меньшее для себя.

Эта командировка, это обучение искусству быть начальником пришлись, как мне показалось, очень вовремя. Можно и отдохнуть.

Не помню уж, чем и как закончилось то первое занятие – вероятно, я все-таки уснул. Потом была небольшая вечеринка, поверхностные знакомства с коллегами – такими же жертвами садиста-лектора, что и я. А чуть позже, но в тот же вечер я вдруг уверовал в совпадения и карму. Ехал в гостиницу своим ходом, поскольку засиделся в кафе с молодой симпатичной женщиной-мерчандайзером откуда-то из провинции, учившейся в другой группе. Она даже не возражала, когда после нескольких доз алкоголя я запустил свои руки ей глубоко под одежду. Но до дела так и не дошло – она мялась, жалась, говорила, что еще не готова, а к сексу на первой встрече не расположена. Пришлось уйти – мы жили в разных отелях.

Машина осталась дома, а нанимать не хотелось. Вот и решил я прогуляться – воспользоваться так нелюбимым мною муниципальным транспортом, который не менялся здесь еще, по-моему, с прошлого века. Пока стоял на платформе и ждал поезда, подошла девушка – невысокая, симпатичная, несколько хулиганской наружности и со следами темной помады на губах. Такие мне всегда нравились. Одета в черную коротенькую курточку и термоджинсы в обтяжку. Полупрозрачное все, по прошлогодней последней моде, но сидит хорошо.

– Молодой человек, у вас не будет мелочи?