Книга Эксгрегум, страница 127 – Александр Лонс

В этот миг моя зелёная знакомая изловчилась и сорвала с противницы условный лифчик. Та не осталась в долгу. Трибуны заорали. Стало видно, что Зеленушка начинает побеждать. А комментатор не замолкал ни на мгновение.

– С каждым ударом, – не унимался ведущий, – с каждым движением они втягиваются в безжалостный танец смерти. Смертельный вальс, где победа означает жизнь, а поражение может стать последним актом боевого пути. Затаив дыхание все вокруг следят за силой и красотой этих девушек-воинов, готовых пойти до конца ради славы и выживания на этой безжалостной арене!

В тот самый момент, когда диктор упомянул «безжалостную арену», зелёная девушка как-то по-особенному извернулась и провела невероятно быстрый удар. Её соперница немедленно упала и раскинула руки и ноги. Больше уже не двигалась. К ней подскочили двое секундантов, что-то определили и подняли скрещённые руки вверх. Я уже знал, что этот знак означает чистую победу, закончившуюся гибелью проигравшей стороны.

– Итак, победила… Зеленушка! – дико завопил комментатор. – Напоминаю, что прямая трансляция была организована благодаря нашим уважаемым спонсорам: «Рогс-Дайнемикс», «Айрон-Брайн» и корпорации «Бэлла». Удачи, друзья!

«Никаких шансов, – подумал я, когда бой закончился и проигравшую девушку без всякого уважения за ноги уволокли с арены. – Теперь никто не отпустит эту Зеленушку».

Конечно же, мои догадки подтвердились довольно быстро. Мы сидели в кабинете босса и некоторое время молчали. Только что Док, которому я вкратце поведал о последних событиях, уже попросил босса отпустить девушку.

– Говорите что угодно, – подтвердил мои недавние мысли Рик-Дикс, – но я ни за какие деньги вам её не отдам. Во всяком случае, в ближайший год. Даже не надейтесь. О побеге или похищении лучше не думать. Сюда никто не проникнет. Надёжную охрану обеспечить всегда сможем. Умеем. А вы только зря погибнете.

Потом он посмотрел мне прямо в глаза:

– Веришь мне?

– Ну, вы же авторитетный босс крупной группировки, – спокойным голосом признался я, – поэтому ничего не остаётся, как только верить вам.

После моих слов Док аж подпрыгнул и спросил:

– Слушай, Даркс, а если ухо или палец?

– Эти отрезанные? – сразу оживился Рик-Дикс. Кажется, он сразу же ухватил суть и понял, чего хочет Док. – Думаешь, прокатит?

– Надо попытаться. А что ещё остаётся? Не вижу иного выхода.

– Ладно. Тогда так сделаем. Палец и ухо я вам отдам. Ещё поставлю перед нашим искином задачку, чтобы он убедительную легенду для вас сочинил. А уж вашей заботой будет выучить её так, чтобы от зубов отскакивало и сомнений не вызывало. Чтобы никто не подкопался и никаких разночтений не нашёл. Для этого понадобится… Ладно, это потом. Но если прокатит – оба моими должниками будете.

– Будем, конечно, – понуро кивнул Док.

– А об этой девочке забудьте. Она уникальна.

– Она не уникальна, к сожалению, – пожал плечами я. – У них почти готовое производство. Скоро таких девочек вместе с мальчиками начнут печь, как пирожки.

– Что такое пирожки? Вы отвечаете за свои слова?

– Отвечаю. Своими глазами видел биореакторы, где зреют такие вот люди. А реакторов там целый ряд. При необходимости могут построить ещё.

– Идеи есть?

– Есть. Одна идея. Всё там взорвать, хранилище данных и всю документацию по этому проекту уничтожить, а разработчиков ликвидировать. Короче, сделать так, чтобы сама технология оказалось утраченной.