Книга Эффект, страница 15 – Александр Лонс

– Зачем? – не понял я.

– Как – зачем? – удивилась Лин. – Чипы использовать и деньги со всех счетов снять.

– А, ну да.

Я невольно потрогал промежуток между большим и указательным пальцами, куда при получении права на проживание имплантировали личный идентификационный чип. Грудь болела. Бронежилет с активной защитой смягчил удар, но не смог погасить его полностью. Возможно, сломаны рёбра.

– А вдруг он успел бы в тебя выстрелить из последних сил? – спросил я. – Это про бандита.

– Я поняла. Не успел бы. Он нарик. Эзерила перебрал. Наверное, для храбрости вмазался. Прямо в глаза ему смотрела, а такие клиенты всегда тормозят от прямых взглядов. Сам-то как?

– Норм. Синяками отделаюсь. А бармена жаль, – посетовал я. – Немного знал его. Неплохой был парень.

– Думаешь? – усомнилась Лин. – Это же Глэд Дире, бочианец[6]. Этим всё сказано. Работал на одну из банд, других тут не держат. На таких должностях долго не засиживаются. Он знал, на что шёл.

И этот бар считался зоной мира и спокойствия!

Пока ждали приезда полицейских, мы уже ничего не говорили, только думали, каждый о своём.

Хреново день начинается. Новое ещё дело и сразу столько шума. Что я имею? Задание Скиннера отыскать убийц стукача. Вернее, не так: узнать, почему тот отчёт написал кто-то другой, да и вообще зачем понадобился фальшивый отчёт. Причём шеф велел привлечь Лин, мою девушку, что воспринималось без всякого удовольствия. Надо будет минимизировать её участие, раз уж не получается без неё обойтись. Шеф – он такой: проверит и, если указание не выполнено, семь шкур сдерёт. Или премии лишит, что ещё хуже, ведь премия составляет основную часть моей зарплаты.

О чём размышляла Лин – не знаю, не успел спросить, как приехала полиция. Что-то быстро они сегодня.

Поскольку формально Лин убила человека, допрашивали её особенно долго и слишком тщательно. Служба модерации администрации домена и муниципальная полиция находились в вечных контрах, постоянно соперничали и всегда придирались друг к другу. Их главного я знал: старинный знакомый, сержант Фозег Окиама, с которым у меня была давнишняя взаимная неприязнь.

Полицейские заняли комнату менеджера, куда нас и вызывали по очереди.

– Ну что ж, – заключил сержант, когда мы с ним оказались наедине, – теперь нам придётся действовать по обстоятельствам. Но сейчас могу сказать следующее: как только вы окажетесь у нас, вам ничто не будет угрожать. Мы можем притащить вас к себе в участок, и никто ничего не узнает.

– Послушайте, сержант… – не выдержал я.

– Старший сержант, – поправил Окиама.

– Послушайте, старший сержант. Весь инцидент записан, причём с нескольких точек. У вас есть показания других свидетелей. У бармена, если не ошибаюсь, пара камер была вставлена в лоб. Тоже запись должна сохраниться. Какие к нам вопросы? Никакого превышения, действовали в рамках самозащиты.

– Вот только не надо мне здесь! Вы не при исполнении. А я и так прекрасно знаю, как исполнять служебные обязанности.

Я внимательно посмотрел на физиономию полицейского и вдруг подумал, что это всего лишь маска. Лицо выглядело таким белым, что я, кажется, увидел бы его даже в темноте. Физиономия копа при разговоре почти не меняла выражения, а рот казался узкой щелью. В его голосе слышались стальные нотки, и меня парадоксальным образом это успокаивало.