Книга Разрыв легенды, страница 146 – Александр Лонс

В подвале-то нас ожидал сюрприз. Если коротко, то в этом полуподземном помещении, более смахивавшем на небольшой спортзал, была странная встреча, незнакомое, но узнаваемое оборудование и неожиданная развязка. Подвал большей частью был занят какой-то чудовищной установкой, а на полу лужами растекалась кровь. Новые ее порции поступали из валявшихся в разных позах тел. Здесь оказались: Раиса Степская, Евгений Галицкий и еще несколько незнакомых молодых людей. Надо же, оказывается, Раиса знала Евгения, а я и не в курсе. Все они были безнадежно мертвы, жуткие рубленые раны на шеях и плечах не оставляли им никаких шансов, однако тела еще не остыли.

Марина тут же заорала дурным голосом и убежала вверх. Могла и в обморок хлопнуться.

Сама же установка поражала. Это был вовсе не тот компактный, даже уютный агрегат, посредством которого меня перебрасывали сюда. Огромная машина, скорее, напоминала какой-нибудь термоядерный реактор из недалекого будущего или стенд для испытаний некоего запрещенного оружия на новых физических принципах. Вместо «саркофага» из черного тусклого материала здесь была рамка. Вернее, ворота. Наподобие арочных металлодетекторов, что сейчас в изобилии расплодились на станциях, в супермаркетах и аэропортах, даже в нашем офисном центре такие есть. Только здесь наличествовала массивная конструкция, похожая на поставленный вертикально бордюр с двухместной могилы какого-нибудь городского кладбища. Внутри рамки вяло колыхалась какая-то серая муть. В памяти сразу же возникли затасканные слова «портал», «звездные врата» и вспомнились многочисленные байки на эту тему.

Оставалось лишь одно – как следует врезать по краю этого «портала», причем так, чтобы возникло заметное повреждение. Чем бы его стукнуть-то…

– Чего-нибудь острого или тяжелого нет? – с тайной надеждой спросил я Ингу.

– Мачете подойдет?

– Наверно, а где?..

Девушка аккуратно обошла кровяные лужи, пригнулась, засунула руку под установку и из какой-то щели действительно вытащила мачете, каким на Кубе рубят сахарный тростник. Только этим инструментом тростник явно не рубили, а если и рубили, то давно: лезвие оказалось сильно испачкано свежей кровью.

– Я торчащий край заметила, – извиняющимся голосом поведала моя помощница, – сразу же, как только сюда вошли.

Я молча поблагодарил, взял мачете за рукоятку и со всей дури рубанул по краю черной рамки. Раздался звонкий удар, лезвие тут же сломалось (видимо, сталь оказалась перекаленной), и обломок отлетел куда-то в сторону. Зато на краю рамки появилась отчетливая царапина.

В первый момент не случилось ничего. Вообще. Начал уже беспокоиться и обдумывать дальнейшие действия, как вдруг стало ясно: царапина медленно расширяется. Сначала повреждение едва заметно увеличивалось в ширину и в длину, потом по краям появилась тончайшая серая пыль. Среди пыли стали заметны мельчайшие вспышки и искорки. Будто множество микроскопических электросварщиков что-то делали по краю царапины. Как завороженный, я не мог оторвать взгляда от этого процесса. Теперь там была уже не царапина, а глубокая прорезь. Запахло не то разогретым металлом, не то подгорелой пылью. Повреждение на глазах расширялось и росло.

– Валим отсюда, – скомандовал я, зашвыривая сломанное мачете в сторону установки. – Сейчас тут все сгорит к чертям собачьим.