Книга Разрыв легенды, страница 42 – Александр Лонс

Такой вызывает подозрения: уж не пидор ли? Для прочих существенно, чтобы мужик был чистоплотен, всегда свеж, подтянут, энергичен и модно одет. В общем, получается ангел какой-то, а не человек. Впрочем, все прощается, если у мужика ну о-о-очень много денег.

– Есть такое, – нетрезво кивнула девушка. – Деньги всегда нужны… особенно в большом количестве. А знаете, может, перейдем на «ты»? Тяжело выкать, сидя в подобном месте. Не возникает нужного настроения. Холодное выканье в таком приятном заведении с человеком, сидящим за одним столиком, напрягает. Неестественным кажется. В офисе на «вы» – это нормально, необходимо даже, а тут…

– Согласен. Обеими руками «за». Только поясни, что тебя вдруг на такие откровенные разговоры подвигло?

– А что пояснять, – рассеянно ответила Инга. – Во-первых, ты попросил. А во-вторых, выговориться захотелось. Мне двадцать три года, живу в своей квартире одна, даже без кошки. Никогда никого к себе не приглашаю и не пускаю. Многие жалеют. Если оказываюсь в компании, обязательно начинают раздавать советы, как строить отношения, а то и вовсе пытаются сосватать кого-нибудь. Спрашивают, как мне одной-одинешеньке живется? Да замечательно! Люблю быть одна. Да, у меня имеется парень, о котором я обычно не распространяюсь. Друзья, родители, увлечения – как у всех. Заканчиваю учебу. Теперь вот работу нашла… надеюсь, что нашла. Я ни разу не одинока, просто люблю побыть сама с собой. В своем личном пространстве, где других живых душ нет. Мне нравится, что можно ходить по дому голой, музыку включать на полную громкость, петь, танцевать, сходить с ума, убирать в час ночи, или сидеть за компом в бардаке с немытой головой, или смотреть сериалы. Это моя территория, только моя, и я там счастлива.

– Все это замечательно, – удивился я потоку нежданных откровенностей и тут же пожалел. Получилось грубовато. – А соседи не возмущаются, когда приходит время слушать громкую музыку, петь, танцевать и сходить с ума? – Довольно неуклюже я попытался смягчить реплику.

– Соседи пытались, но от подобных поползновений быстро их отвадила… Один сосед, правда, долго не мог успокоиться, даже родителям звонить пытался, но и он со временем привык… Бирдекель тут красивый.

– То, что он тут красивый, – глупо хихикнул я, – не позволяет тебе выражаться в моем присутствии.

– Бирдекель, – Инга наставительно ткнула пальчиком в картонный кружочек с логотипом заведения, – всего-навсего эта штука. Подставка под пивную кружку.

Мне уже захотелось уточнить, за каким таким фигом он тут лежит, если пива мы не заказывали, но вдруг решил, что все, хватит. Вечер откровений пора заканчивать, расплачиваться и уходить. Я помахал карточкой, и официант с платежной машинкой появился тут же. Будто из-под земли вырос. Как и многие, не люблю я таскать с собой наличные. Да и чаевые платить не люблю, однако положено. На этот случай здесь предусмотрительно ввели особую услугу – электронные чаевые. При оплате картой достаточно заявить о желании оставить вознаграждение и ввести сумму на терминале. Но после той бутылочки супертосканы и всего остального желания давать чаевые почему-то не возникло. Расплатился, и все. Да, знаю, что официанты в основном зарабатывают на чаевых. Да, зарплата у них чисто символическая, и стоимость блюд практически не влияет на их заработок. Но мне-то какое дело до этого? Я хам и жлоб? Согласен, и что? Уж какой есть. В результате засиделись мы почти до полуночи. Хорошо еще, что из этого заведения не выгоняют никого.