Книга Разрыв легенды, страница 74 – Александр Лонс

Тогдашняя моя питерская приятельница – на вид красивая, двадцати с чем-то лет девушка с огненно-рыжей шевелюрой волнистых волос – сидела со мной в одном из многих мимолетных заведений Петроградской стороны. Почему мимолетных? Потому что из тех маленьких кафе, что в прошлые годы постоянно появлялись и исчезали, не прожив и сезона. Кровь и сознание моей спутницы оказались давно и непроходимо отравлены мультикультурализмом, гендерным равенством и политкорректностью европейского разлива. Моя же ватная олдскульная психология для подобных ментальных триггеров казалась совершенно непробиваемой, как многолетний слежавшийся матрас. Спутница же моя начитанной была необыкновенно, что позволяло ей легко выуживать из своей бездонной памяти необходимые цитаты и аргументы. Час назад она подобрала меня в условленном месте, посадила в свою машину и привезла в то самое кафе, которое хотела опробовать. Это была Ирина Алексеевна Лискова (Арина) – профессиональная петербургская ведьма, с которой у меня тогда было одно общее дело. Естественно, она была в курсе и про иные реальности, и про переходы между ними тоже ведала, и про моего тут двойника знала, и вообще много чего понимала и умела. Зато я понятия не имел, сколько ей на самом деле лет. Даже старался не задумываться об этом. Выглядеть она могла как угодно, как ей хотелось. И наивной молоденькой девушкой, почти девочкой, и познавшей дао старой морщинистой бабкой, и уверенной в себе тридцатилетней женщиной. Время от времени она меняла окраску волос, форму бровей и даже цвет глаз.

Мы говорили каждый о чем-то личном. Я жаловался на свои проблемы, она – на свои, и забрели мы в такие словесные дебри, что сами не знали, как из них выбраться.

– …Это дело без вмешательства потусторонних сил у тебя точно не выгорит, – кисло резюмировал я. – Бизнес твой колдовской прикроют правоохранительные органы, а тебя, такую красивую, примут и закроют. На несколько лет. Полиция, как известно, может гасить на корню любую мистику и всякое колдовство.

– Специально, что ли, на банальности размениваешься? – сердито пробурчала колдунья… или все-таки ведьма? Я не видел особой разницы. – Нет чтобы поддержать, посоветовать что-нибудь умное или помочь чем бедной девушке.

– Так я и советую, – скучным тоном пояснил я, – адресоваться за помощью к высшим силам. Вернее, одной силе. Дело тебе предстоит темное, вот и обратись к богу тьмы. Ты же специалист. Ведьма как-никак. Это я серьезно тебе говорю, «бедная девушка».

– Метешь всякую чушь… – тут она посмотрела на мое более чем серьезное лицо и изрекла: – Ты сегодня что-нибудь вкурил? Или закинулся чем-то запрещенным? Не до шуток мне.

– Какие шутки? Вполне серьезен, разве не заметно?

– Нет. Незаметно. Вот ты знаешь, что такое экзистенциальный парадокс? – спросила она меня, вовсе не рассчитывая на ответ. – Это когда взаимоотношения состоят в том, что зрелый и достаточно развитой человек способен выстроить связи с кем угодно. Я всегда верила, что разум и красота спасут этот мир. Или ты не согласен со мной?

В тот день она постоянно спрашивала, согласен ли я с ней.

– Хорошо, ладно, – в ответ витийствовал я. – Разум и красота, согласен. Только вот ты говоришь, будто они спасут этот мир. Посмотри вон туда. Видишь ту девушку? Вернее, молодую женщину? По-моему, ее уже ничто не спасет. У тебя есть и разум, и красота. Попытайся вернуть ей смысл жизни, и тогда я, может быть, соглашусь с твоими доводами.