Книга Протокол «Вторжение», страница 45 – Виктор Корд

Но самое страшное — это мерцание.

Здания то выглядели новыми, сверкающими побелкой, то мгновенно превращались в руины, поросшие лесом, то исчезали вовсе, оставляя после себя воронки.

— Зона «Слезы», — тихо сказала Рысь. Она сидела на полу рубки, обхватив колени. — Здесь Время плачет. Оно не знает, куда течь.

— Макс, —Клин указал на монитор внешнего обзора. — Смотри на пути.

Рельсы впереди вели себя как живые змеи. Они ржавели, рассыпались в труху, а через секунду снова блестели новой сталью. Шпалы гнили и восстанавливались с частотой стробоскопа.

— Если мы попадем на участок в фазе «распада», поезд сойдет с рельсов, — понял я. — Нам нужно стабилизировать путь перед собой.

Я подключился к Модулю.

— Инга! Мне нужен «Якорь Реальности».

— Я не могу стабилизировать всю Зону! У меня не хватит энергии реактора!

— Мне не нужна вся Зона. Мне нужны только два рельса и пять метров пространства вокруг поезда. Создай поле стазиса перед локомотивом. Заморозь состояние материи в точке «Сейчас».

— Поняла. Запускаю эмиттеры щита в инверсном режиме.

С носа «Левиафана» ударил луч. Не разрушительный, а фиксирующий. Он был невидимым, но воздух в его конусе стал плотным и стеклянным.

Рельсы перед нами перестали мерцать. Они застыли в состоянии «ржавые, но прочные».

Поезд шел сквозь город-призрак, прокладывая себе туннель стабильности в хаосе вероятностей.

Вдруг Катя вскрикнула.

— Стоп! Макс, тормози!

— Что?

— Впереди петля! Я вижу… нас!

Я посмотрел на экран радара. Пусто.

Но Катя видела не радаром.

— Визуальный контакт! — крикнул Клин.

Из тумана, навстречу нам, по тем же путям, несся поезд.

Это был «Левиафан».

Но он был другим.

Его броня была разорвана в клочья. Из пробоин валил черный дым. Турели были скручены узлом. А вместо локомотива зияла оплавленная дыра.

Поезд-призрак. Эхо вероятного будущего.

Он несся прямо на нас. Столкновение через десять секунд.

— Это иллюзия? — спросил я, но рука сама легла на тормоз.

— Нет! — закричала Катя. — В этой зоне вероятности материальны! Если мы в это поверим — мы столкнемся! Энергия столкновения будет реальной!

— Как избежать?

— Отрицание! Макс, ты должен «отменить» их! Используй Ключ! Навяжи миру свою версию реальности!

Поезд-призрак был уже в ста метрах. Я видел лицо Клина в разбитой рубке того поезда — мертвое, окровавленное лицо.

Я закрыл глаза.

Нейросеть взвыла, синхронизируясь с Кольцом.

— [Команда: DELETE], — прошептал я. — Этого. Не. Существует.

Я представил пустой путь. Я заставил свой мозг, усиленный технологиями Предтеч, поверить в то, что впереди никогонет. Я проецировал эту уверенность наружу через усилители Модуля.

Поезд-призрак дал гудок — жуткий, искаженный вой.

И врезался в нас.

Я не вздрогнул. Я держал картинку пустого пути в голове.

Призрак прошел сквозь нас.

Холод. Жуткий, могильный холод прошил кабину. Системы мигнули. Иней покрыл пульты.

Но удара не было.

Мы проехали сквозь свое возможное будущее и оставили его позади.

— Фух… — выдохнул Клин, вытирая пот со лба. — Я чуть не поседел. Я видел себя… мертвым.

— Это один из вариантов, Борис, — сказала Катя, открывая глаза. Из её носа текла кровь. — Если мы ошибемся — мы станем ими.

— Мы не ошибемся, — жестко сказал я. — Инга, статус?

— Реактор скакнул, но норма. Мы проскочили. Но, Макс… впереди мост.

Я вывел карту.