Книга Код доступа, страница 122 – Виктор Корд

Ужин. Стейк. Вино. Её улыбка.

Такие простые, человеческие вещи. Они были якорем. Они были важнее вечности.

— Я — Виктор Вейс, — прохрипел я, активируя протокол «Файрвол» на полную, самоубийственную мощность. — И я не сдаюсь.

Я остановил падение. Сфера вспыхнула с новой силой, ослепляя Бездну.

— Модуль! — заорал я в небо. — Всю энергию на излучатель! Всю! До суха!

— Это убьет тебя!

— ДАВАЙ!

Белый луч, бивший в меня с неба, стал плотным, почти материальным. Я превратился в живую сверхновую звезду. Броня костюма начала плавиться, стекая с меня каплями металла.

Я собрал всю эту энергию в правой руке.

И ударил.

Но не по отцу. Убить его сейчас — значит оставить дверь открытой.

Я ударил по краям Разлома.

[Команда: STITCH (Сшивание).]

[Приоритет: Абсолютный.]

Из моей руки вырвались не лучи разрушения, а нити.

Цифровые, сияющие хирургические нити из чистого света. Они рванулись к дыре в реальности, игнорируя отца. Они впивались в края пространственного разрыва, стягивая их, как рану.

Бездна завыла. Голос в голове перешел на визг, от которого у меня лопнули барабанные перепонки.

— НЕ-Е-ЕТ!— Отец понял, что я делаю.

Он бросился на меня.

Он врезался в меня всем телом, сбивая концентрацию. Мы сцепились в воздухе, как два коршуна. Его когти рвали остатки моей брони, впиваясь в мясо. Его магия жгла мою кожу кислотой.

Но я не разжал руку.

Я держал Разлом.

Я видел, как нити стягивают фиолетовую дыру. С каждым стежком свет Бездны тускнел.

— Ты проиграл, папа, — прошепталя, глядя в его безумные глаза, которые были в сантиметре от моего лица. Кровь заливала мне визор. — Дверь закрыта. Ключ у меня.

Сзади него Окно схлопнулось с грохотом, похожим на удар грома. Фиолетовая пуповина, питавшая его силу, оказалась перерезана.

Князь замер.

Фиолетовый огонь в его глазах погас, сменившись ужасом осознания.

Он вдруг стал меньше. Старее. Биомасса, покрывавшая его тело, начала сереть и отслаиваться кусками, превращаясь в пепел.

Гравитация вернулась.

Магия, поддерживавшая нас в воздухе, исчезла.

Мы рухнули вниз, на дно шахты, с высоты двадцати метров.

В падении я успел увидеть, как сквозь проломленную крышу пробивается обычный, серый, дождливый рассвет.

Падение длилось вечность, хотя таймер в моей голове отсчитал всего полторы секунды.

Удар о каменный пол ритуального зала был жестким, несмотря на то, что гравитационные аномалии смягчили его. Я приземлился на спину, разбив собой остатки алтарной плиты.

В глазах потемнело. В легких не осталось воздуха.

Мой костюм «Вторая Кожа», который спасал меня последние часы, теперь стал моей тюрьмой. Сервоприводы заклинило от перегрева, электроника сдохла, интерфейс перед глазами мигнул красным черепом и погас, оставив меня в темноте шлема.

Я лежал, глядя в черный пластик визора, и слушал, как хрипит мое собственное дыхание.

Жив.

Сломаны ребра — я чувствовал, как они скребут друг о друга при каждом вдохе. Левая рука онемела. Во рту вкус крови и горелого пластика.

Я нащупал аварийный размыкатель на шее. Щелчок. Шлем разгерметизировался. Я сорвал его с головы, жадно глотая пыльный, холодный воздух.

Особняк умирал. Стены больше не пульсировали жизнью. Биомасса, покрывавшая их, серела, трескалась и осыпалась сухой шелухой, похожей на пепел. Фиолетовое свечение исчезло.

В нескольких метрах от меня, в куче строительного мусора, шевельнулась тень.