Книга Тысяча, страница 35 – Эд Кузиев

— Хорошая игрушка. Подарок для Декодера. Вильсонн, ты нашел достойный тебя трофей?

— Одна рухлядь, и это… меня кажись неплохо потрепали големы. Мой новенький киборг чуть помялся.

Берсерк шел вразвалочку, сказывалось повреждение коленных суставов.

— Что с девкой решил? Самураи не выкупают пленников, только тело для захоронения.

Через пару минут восстановилась связь,следом открылась платформа, выпуская из своего чрева десяток доставщиков. Отложенная из-за нападения задача начала выполняться.

— Знакомься, Гашек, это наш пятый член команды.

— Вот это дело, хозяин. Хотя… нет, опять издевательство. Одну невозможно слушать, на другую смотреть! Ты обещал мне оружие, а еще мне нужен болт!

— Научишься пользоваться щитом, получишь оружие. Или забирай любой трофей. Что касается второй просьбы. То в этом случае только трофей…

Новость о пленнице встретили обыденно. Будто информацию о кислотных дождях или же очередном короле Даун-тауна. Денис удалился, как только получил новые игрушки: паука-взломщика и скрижаль погонщика. Шарко даже не вышла - принимала ароматическую процедуру релаксации, пока новый гель для шерсти не впитается в шкуру, ждать её бессмысленно. Химик как-то странно поглядел на девушку, а затем сбежал, сославшись на необходимость изготовления термитных зарядов. В общем, удивить не удалось.

Так и остались в комнате для брифинга связанная японка, довольный, как комар на теле парализованного, Вильсонн и задумчивый лидер.

"Шеф, паук просто чудо. Тупой до безобразия и настолько же эффективный. Как ваш Берсерк один в один . Кстати, имя вашей пленницы : Курису Макисэ."

" Благодарю, что со скрижалью погонщика? "

"Все сложно. Вместо букв кода какие-то палочки и кружочки. Дешифратор не находит проблем."

"Подключи базы японского алфавита."

— Охайо, Курису Макисэ, — нарушил тишину Замотаев. (доброе утро яп. пр. авт.)

— Дзигоку э икэ, —отозвалась пленница. (Иди к черту яп. пр. авт.)

— Хозяин, а ты чего, бурятский знаешь? — удивленно воскликнул берсерк, потягивая очередную чашку кофе.

— Почему бурятский? — удивленно ответил Синт. Правильнее сказать, что Михаил удивился, так как голос эмоции не выражал.

— Но она же ... кто? — пытался вывести логическую цепочку Вильсонн.

— Кто?

— Я! — обиделся штурмовик и отвернулся к экрану мониторинга периметра.

— Аната но томадачи ва бакадес! (Твой друг дебил.)

— Ты отлично разговариваешь на русском, потому прекратим упражняться по-японски.

— Зачем я здесь? Выкуп? Продажа в дом терпимости? Гарем?

— Почему ты не со своими? Даже не имея средств, вполне можно добраться до острова.

— Кем? Отступницей? Тенью самурая, принимающая первый удар в спину, согревающая ночью и отличным манекеном для отработки ударов?

— А здесь, у гайдзинов, ты кто?

Девушка отвернулась, чтобы наблюдательный Синт не увидел дорожки слёз. Никто. Там чужая, здесь добыча. Каждый членоносец, что смог удержать пару улиц под контролем, запугивая слабых, считает себя царем квартала. Через месяц царь умирает от передозировки вредных для организма железок, плазмы или же стафа, освобождая дорогу более умному, хитрому или сильному. Король умер, да здраствует король. И каждому ублюдку нужнасвита, девки, крутая тачка, как показатель статуса.

— Я свободная. Вне секты и культа, не должник, не член банды. Сама по себе.