Книга Парс Фортуны, страница 136 – Оксана Есипова

– Какого шифра? – спросил я, хотя уже догадался. Но зачем лишний раз демонстрировать врагам мою проницательность? Пусть считают меня недалёким.

– «Я пирог испекла», – гордо пояснила Анечка.

– Ясно. Но если Кирилл понял, кто я такой, почему он ушёл?

– Он решил оставить тебя на съедение мне, – пояснил Степан. – Его больше заботил провал его личной операции, а потому не терпелось расспросить Анечку, как же так всё вышло из-под контроля. Я же, обнаружив тебя в квартире, тоже не сразу понял, кто ты такой. И если бы не твой честный услужливый ответ на вопрос про пирог, который я задал на всякий случай…

– А зачем ты вообще пошёл в Анину квартиру?

– Мы договорились там встретиться, – пожал плечами мужчина. – Её родители дома не ночевали. Мама в командировке, отец на даче. Ключи от всех квартир подчинённых есть у меня в обязательном порядке. Другое дело, что обычно все они живут одни, – не удержался главарь от шпильки. – Парочка должна была ждать меня дома. Но Аня, заметив тебя в глазок, выскочила на площадку. Остальное ты знаешь.

– Аня, – обратился я к девушке, – так ты не специально оставила открытой дверь в квартиру?

– Нет, – огрызнулась студентка.

– Слишком сосредоточилась на «актёрском мастерстве», – прокомментировал Степан, внимательно наблюдавший за девушкой. – Анечка не собиралась уходить. Сумку взяла для отвода глаз. Но появление Кирилла, который не подыграл вовремя, спутало все карты. Решила увести от греха подальше. А незапертая дверь в квартиру… Две одинаковые ошибки за один вечер, однако.

– Ну допустим, – проронил я. – А дальше-то вы чего ко мне цепляться стали?

– Сначала мы хотели просто выяснить, кто ты такой. Если ты от конкурентов, а такой вывод напрашивался, то стоило присмотреться. Антон, – Степан кивнула на Рытвинкова, который, оказывается, представился чужим именем, – пришёл к тебе под видом полицейского. А ты стал нагло врать.

– А вы что ожидали? Что я расскажу про наркотики?

– Ничего не ждали. Мы наблюдали и собирали сведения. А ты нарисовался у Майи Фёдоровны. На тебя не подействовала «сыворотка правды». А потом вы и вовсе пошли в полицию.

– Нас забрали по другому делу, – вставила Нина. – Кстати, откуда ты знаешь?

– Не задавай глупых вопросов. Я серьёзный человек, у меня везде связи. Вы развили такую бурную деятельность, и я решил, что будет проще открыто встретиться с вами.

– Зачем?

– Разойтись миром. Оставьте эту историю. С Ниной мы сотрудничаем давно и успешно. Пусть всё так и остаётся.

Наконец-то мне стала понятна лояльность Степана ко мне. Женщин он традиционно ни во что не ставил. Сложив два и два, он пришёл к выводу, что мы с Ниной состоим в отношениях. Поэтому и обращался ко мне как к «главному», который всё решает. Этим и объяснялся приветливый тон, мгновенные реверансы в мою сторону, когда он тявкал на Нину, а я вставал на дыбы. Ему нужны были поставки Усилителя. И беспокоила наша мышиная возня у него под носом.

Решив проверить эту версию, я, словно бы в раздумье, произнёс:

– Да, договор у вас был с Ниной. Но теперь, – я сделал многозначительную паузу, – всё изменилось. Ничего не мешает нам самим развивать бизнес, который даёт людям счастье. Не понимаю, зачем лишнее звено.

Краем глаза увидел, как оживились присутствующие за столом, практически все из которых до этой минуты записали меня в тюфяки и тугодумы. Анечка смотрела на меня с впервые проклюнувшимся искренним интересом и уважением. Лже-Рытвинков, то есть Антон, поднял брови и заинтересованно переводил взгляд с меня на Степана и обратно. Сам главарь нехорошо прищурился, выдавая, что ему совершенно не нравятся мои слова, но нечто подобное он и ожидал. В Нинином взгляде читались гнев, тоска, печаль и разочарование.