Книга Парс Фортуны, страница 38 – Оксана Есипова

Я редко запоминаю сны. Иногда от них остаётся послевкусие, как от хорошего вина. Нечто, разлитое в воздухе, чему не знаешь названия, но тихо грустишь или, наоборот, радуешься, как от едва уловимого запаха весны в марте. Сегодня я проснулся именно с таким странным чувством.

Смутно вспоминалось, что во сне нашлись ответы на все вопросы, я практически полностью разобрался в ситуации. И ещё мне казалось, что разгадка меня опечалила едва ли не больше, чем неприятности, в которые меня втянули.

Лёжа в кровати с закрытыми глазами, я старался не шевелиться и глубоко дышать, пытаясь вернуться в сновидение обратно, чтобы гарантированно всё вспомнить. Но его величество сон капризен и своенравен и не склонен послушно являться по настойчивому зову. Я проваливался в туманные видения. Мне казалось, что ответы рядом, я вот-вот настигну их, схвачу за хвост, но всякий раз они вырывались и с обидным хохотом скрывались за поворотом. Настигнув его, я встречал лишь дымку тумана. Глубокое разочарование накрыло меня душной волной.

Я так и не смог понять, к чему относилось саднящее чувство досады, словно от полученного по глупости синяка. К тому, что я так и не вспомнил ответы, или к тому, что в глубине души я их знал и само это знание меня тяготило.

Стараясь отрешиться от глупых снов и попыток их вспомнить, быстро собрался. Постарался сосредоточиться на деле. Ирина давно не пыталась на меня воздействовать. Это определённо хорошо. Последний раз она продемонстрировала свою силу, когда звонила мне с приказом забрать свёрток из проклятой квартиры. Да ещё неприятные ощущения были в теле, когда я набрал мерзкую тварь, чтобы узнать код подъезда.

На этом и сосредоточимся! Будем считать, жизнь налаживается. Почти в хорошем настроении я сбежал по лестнице и на выходе из подъезда влетел в выставленный вперёд живот понуро стоявшего у двери полного гражданина. Увидев меня, мужчина оживился:

– Сергей Валентинович?

– Да, – от неожиданности подтвердил я.

– Оперуполномоченный Рытвинков. Я к вам. Побеседовать, буквально на пару слов.

– Что-то случилось?

– Убийство, – веско произнёс представитель закона и почему-то втянул живот и выпрямился.

Мысли мои заскакали, словно молодые козочки по летнему лугу. Я мог спросить у мужчины ордер, которого явно не было, и в полном соответствии с законом отказаться беседовать. На ум сразу пришли рассказы о том, что с полицией не стоит откровенничать ни в коем случае, потому что в конечном итоге эти умные люди найдут, как использовать всё сказанное против вас. Но если мужчина в форме появился у моего порога, рано или поздно придётся поговорить. И, скорее всего, уже в отделении.

– Можно посмотреть ваши документы? – стараясь выглядеть не жалко, а уверенно, спросил я.

Толстяк протянул мне корочки. Как точно они должны выглядеть, я не знал, но вроде бы документы в порядке. Вздохнув, я кивнул и на автомате предложил:

– Хорошо. Поднимемся ко мне.

И тут же об этом пожалел. Приглашение было несусветной глупостью.

Дома я не стал предлагать «гостю» ни чай, ни кофе, но мстительно попросил разуться, мотивируя тем, что у меня нет бахил. Полицейский с сомнением оглядел мои не первой свежести полы, но послушно разулся, кряхтя и постанывая.

На кухне я первым делом поставил стул напротив окна, в которое немилосердно светило солнце, и указал на него незваному посетителю. Сам же расположился спиной к подоконнику. Этот манёвр не укрылся от бдительного представителя закона.