Книга Родственные души. Сборник рассказов современных писателей, страница 24 – Улана Зорина, Лёля Фольшина, Татьяна Левченя, и др.

Лакки, израненный, сидел возле пня, на который взгромоздился боров. Ему составили у подножья камни приступками, чтобы он сам мог забираться на свой «пьедестал».

Все звери молчали: кто устало, от слабости, кто, думая и пытаясь что-то уяснить хотя бы для самого себя. Боров, тот самый Бо Мудрый и Крутой молчал глубокомысленно. На самом деле он даже задремал от такой глубины мыслей. Но медведь разбудил его злобным рыком.

– Всё, – гремел он, выпрямляясь во весь свой гигантский рост. – Каждый живёт сам по себе, никто никого не трогает! Мы потеряли трёх медведей, – довольно! У нас не осталось ни одного гоблина! Да кто теперь будет нас охранять от тех же воров-волков!

Бо Мудрому стало не по себе. Он начал понимать, что инициатива уходит из его рук. Он захрюкал, заёрзал на месте, трясь толстым задом о поверхность пня. Ему стало очень неуютно и даже страшно. Людей больше не было, еду он сам добывать не умел. Кто бы стал о нём заботиться? Но была ещё одна причина, которая заставила его дрожать и цепляться за свой пост. Война с волками разбудила в зверях самые древние инстинкты, подавленные генными инженерами. Рысь и медведь уже непросто смотрели на него, они видели в нём заветную пищу и в тайне лязгали зубами.

И Бо Крутой и Мудрый задумался теперь по-настоящему.

– Возвращайтесь по норам и логовам, господа, – стараясь цедить слова, чтобы звучало веско, начал Мудрец. – Каждый из нашего объединённого народа ценен и неповторим. Лечитесь и отдыхайте. Скоро родной Остров и Записанный Порядок будут нуждаться в вашей защите.

Он кончил фразу совсем тихо, и все звери вокруг сдержали даже дыхание, чтобы расслышать последние веские слова. Этому психологическому приёму по манипуляции толпы людей-политиков учат специалисты, но наш толстяк додумался до всего сам. Это был необыкновенный и очень талантливый свин.

Звери впервые не закричали и не стали аплодировать. Они просто разошлись, едва волоча ноги.

А боров тихонько окрикнул:

– Малыш, ты где?

– Тут, – на пень вскарабкался Крысёныш.

– Выручай, малыш. Помоги придумать, как уничтожить непокорных волков.

– Я уже думаю об этом. Я работаю….

После похорон, волки, без сил, лежали у своих нор. Первым поднялся Мазлак. Он был всегда очень активным, из тех, кому не сидится.

– Ты куда? – спросил тихо Догар.

– Посмотрю, что враги делают.

– Не вмешивайся ни во что. Нам нужен мир.

–Так они тебе его и дали.

Мазлак был молодой, прямой и циничный волк. Но он был отважен, и звери с ним считались.

Он поднялся, встряхнулся и побежал рысью по направлению к лесу. Догар тоже встал. Долину они сохранили. Племя жило. Значит всё ещё могло наладиться. В племени росли волчата, несколько помётов. Они были надеждой волков на продолжение рода. Их берегли. Их любили.

Догар медленно обходил логово за логовом, смотрел и слушал. Им нужен был мир. Хотя бы пока подрастут волчата. Ведь взрослых волков осталось так мало.

Прошёл день, и вечером в Долину волков вернулся Мазлак. Он тащил за собой упирающегося маленького медвежонка.

– Что ты творишь! – к нему подскочил Догар.

– Это внук самого Мэра.

– Ты всех подставил!

– Или спас! Он будет нашим заложником. И пусть заплатят за него выкуп.

– Мазлак, брат, а что за белка следует за тобой? – сдерживаясь, спросил Догар.

Рыжий волк посмотрел назад. Там у кромки леса на ели сидела белка и внимательно смотрела на всех.