Книга Хозяин острова Эйлин-Мор, страница 22 – Сергей Мельников

После похорон Аннабель сказала, что ее дом всегда открыт для тех, кто хочет согреться душой, но платить за это придется деньгами. Она быстро восстановила производство согревающих душу жидкостей, и получилось не хуже, чем у покойного Колина. Дело потихоньку пошло, на вырученные деньги Аннабель начала привозить из Сторновея пиво. Попробовала завезти настоящий виски, но Мангерстцы по-прежнему отдавали преимущество ее самогону.

Случалось, к ней приходили недовольные жены, бывало и с поленьями наперевес. Хозяйка паба выходила им навстречу, вытирая об подол натруженные руки, привычные и веслом махать, и полные четверти из погреба таскать. Жены смотрели в ее полные сочувствия глаза и быстро соглашались, что пусть лучше у Аннабель, под присмотром, чем неизвестно где и непонятно с кем.

Однажды у их берега разбилась рыбацкая шхуна из Портри, рыбаки притащили большой кусок бортовой обшивки, а вдова Нэрна вывела на нем белой краской «У Аннабель», и паб обрел свое официальное название. Когда Дон МакАртур со всей сменой смотрителей бесследно исчез, его душу поминали тоже здесь, в единственном в округе пабе. И все эти люди сидели сейчас в его зале за длинными деревянными столами.

В сарае Аннабель сняла с крючков два десятка тушек копченой сельди и разложила их на деревянном подносе. Подкинула щепок в коптильню и развесила новую партию, прислушиваясь к шуму. Только что было тихо, а сейчас забухтели голоса, взлетел визгливый тон старика Маклейна, заухал, как в бочку, Логан, двоюродный брат пропавшего Нэрна. Аннабель, качая головой, пошла утихомиривать бузотеров.

– Это пикты! – вопил, срываясь на фальцет, Маклейн.

– Да какие пикты? Ты совсем из ума выжил? – гудел в ответ Логан. – Пикты вымерли сотни лет назад. Ни одна тварь Божья не может жить так долго!

– Да? – взвился старик. – А я знаю, что есть черепахи, которые по двести лет живут! Представляешь? Родилась, когда Шотландия была независимой, и жива до сих пор!

– А ты откуда знаешь, Маклейн? У ее мамочки роды принимал?

– Так! – грозно прервала спор Аннабель. – Чего расшумелись?

Она водрузила в центр стола деревянную доску с копченой сельдью, и к ней потянулись мозолистые руки.

– Маклейн, старый дурак, байки травит, – ухмыльнулся Логан, умело разбирая рыбу пальцами.

– И ничего не байки, – обиженным голосом ответил старик. – Когда наши предки завоевали север, пикты, кто смог, сбежали на острова Фланнан. Зимой начался голод, выжили только самые сильные: семеро охотников и их предводитель. Как, думаешь, они зиму пережили?

– И как же? – ехидно осведомился Логан.

Старик склонился над столом, глядя на него исподлобья.

– Они сожрали всех: сначала собственных детей, потом жен! – сказал он, таинственно понизив голос.

– Дед, тебе книжки писать надо, фантазер, – расхохотался Логан. – Они тебе сами об этом рассказали?

Старик сверкнул глазами из-под кустистых бровей и ответил невозмутимо:

– Ну, конечно, не сами. Когда наши предки высадились на Эйлин-Море, они обнаружили только восьмерых здоровенных пиктов. Один из них был на голову выше самого высокого шотландца, хотя пикты, чтоб ты знал, племя низкорослое, вроде карликов или африканских пигмеев. А еще множество обглоданных костей: и мужских, и женских, и детских, а на костях – следы человеческих зубов. А посредине островка стояла пирамида, сложенная из черепов. Шотландский военачальник рассвирепел и приказал их всех убить. Семерых одолели, а восьмой, самый здоровый, отбивался до последнего. Два десятка воинов его пытались зарубить, а достать не могли. Оттеснили его на самый край утеса. Он понял, что отбиться не сможет. Посмотрел вниз, а там – пропасть, а на дне – камни. Нет спасения. Тогда он заревел нечеловеческим голосом, от воя его шотландские воины на шаг назад отступили, хоть и храбрые все были, и закаленные в боях. А он мечом обвел их и сказал: «За каждым приду, все служить мне будете!» – потом оттолкнулся и прыгнул. Кинулись шотландцы вперед, выглянули за край обрыва. Думали, там окровавленное тело на камнях, как… Ой, прости, Аннабель, упокой, Господь, его душу!