Книга Меньшее из зол, страница 21 – Александр Быченин

Единственное, возникает один щекотливый вопрос: а чего это он тогда на нашем с пацанами усреднённом уровне застрял? При его-то временно́м ресурсе? Да он же может едва ли ни круглые сутки качаться! Из рейдов не вылезать! Мало ли адекватных групп? Не с первого, так со второго раза к нормальным игрокам прибьёшься. Ну, или с десятого — плевать, если времени вагон и маленькая тележка. А он, понимаешь, с нами нянчится. Ц-ц-ц! А вдруг… это и есть ключевое слово? Я про «нянчится». Тогда понятно, почему он по уровням в отрыв не уходит. Вот только зачем это ему⁈ И вообще, а как он на меня вышел? В смысле, в самый первый день, когда мы познакомились? Меньше месяца назад, по факту, а кажется, что уже целая вечность прошла — настолько яс Пастором свыкся. И даже сжился. И уже не мыслю своего игрового существования без этого эксцентричного типа. И ведь не кто иной, как Шпеер-Макс, его появление анонсировал! И отрекомендовал ещё как-то затейливо… точно! Так и сказал: желаю интересных знакомств! И ведь не соврал! Н-да… и впрямь, что ли, заморочиться, да отследить «кабель»? Ну, насколько это в принципе будет возможность? Пожалуй, так и сделаю. Только сначала неплохо бы усыпить бдительность тёмного кхазада. И здесь как нельзя кстати будет испытанный способ — заболтать до полусмерти. Вернее, сделать так, чтобы это он меня забалтывал. А для этого большого труда — равно как и ума — не надо…

— Пастор?

— Я-а-а, юнгеман?

— А расскажи-ка, друг ты мой сердешный, что у нас на Просторе за эти дни стряслось?

— Ихь бинютиге дитайс! Поконкретнее, битте!

— А что, краткую сводку слабо? — усмехнулся я.

— Нихьт обижайт дер Пастор Шварц, юнгеман! Чтобы я, честный кхазад, и сплетничал кратко? Да вы за кого меня принимайт, майн фройнд⁈ — возмутился мой приятель. — Рассказывать, так с подробностями!

— Да-да, я знаю — с чувством, с толком, с расстановкой! — поддержал я собеседника. — Ладно, сдаюсь! Но тогда хотя бы не обо всём подряд!

— Ихь вюрде как получится! — развёл руками Шварц. — Поэтому и говорю — генауэр гезагт! Поконкретнее, биттер! День, час, регион?

— Только не говорите, Пастор, что у вас есть собственная… как там её? Ин-фор-ма-ци-онс динст! — тщательно выговорил я… тупо озвучив возникшее прямо перед глазами системное сообщение.

Фига се! Это у меня теперь что, собственный переводчик появился? Ну, игровой? А раньше почему не было? Типа, на автомате работал, по умолчанию, а я с некоторых пор каким-то неведомым образом могу вмешиваться в настройки системы⁈ Причем изнутриэтой самой системы? Не выходя в соответствующее меню? Хм… любопытно!

— Ихь вюрде вы мне льстить, юнгеман! — отпёрся Пастор. — Нихьт информационная служба! Так, слухами Простор полнится!

Опять намёк? Ну, что весь этот тевтонский — тьфу, кхазадский! — колорит суть наносное? А так-то он наш, исконно-посконный, славянский? Так я в этом уже давно не сомневаюсь! Или это у меня паранойя обострилась? Если так, то весьма печально. И даже досадно.

— Что ж, Пастор, насчёт региона никаких ограничений вводить не буду…что же касается всего остального… а что у нас в воскресенье минувшее происходило? Ну, из такого, — неопределённо покрутил я ладонью в воздухе, — из резонансного? В районе полудня по времени Бурноградска?

— Вот только не говорите, юнгеман, что у вас там, в делах и заботах, доступа в сеть не было! — как-то странно покосился на меня Шварц. — Да об этом событии до сих пор бурные споры не утихают! Столько копий поломано! Столько ди арше подгорело, вы бы знали, юнгеман! Унд я-а-а, так уж и быть, поведаю вам сию поучительную историю! Расскажу всё, что сам знаю!