Книга Все, кто мог простить меня, мертвы, страница 91 – Дженни Холландер

В темноте я нащупываю телефон и начинаю печатать. Гуннар, это Шарлотта. Мне нужно срочно поговорить с тобой. Вот мой номер.

Вижу новое входящее. У меня перехватывает дыхание. Но это всего лишь автоматически сгенерированный ответ: Спасибо за ваше электронное письмо. Я провожу журналистское расследование в Вашингтоне, поэтому могу не сразу ответить на сообщение.

Я открываю новую вкладку.

И арендую машину.

У меня всегда есть наготове собранная сумка, как у беременной на последнем месяце, только вместо ребенка я жду срочную рабочую поездку. Там лежит все самое необходимое: бронзер, «Адвил», чистые лифчики, «Клонопин». На улице холодает, в любой момент может выпасть проклятый первый снег, поэтому я беру с собой куртку.

Я не оставляю никаких записок. Все равно никто не разберет мой почерк. Пишу Лив сообщение: Еду в Вашингтон повидаться с Гуннаром. Не говори Триппу, где я. Напиши, как приземлишься. Люблю тебя.Потом отправляю еще одно, Триппу, у которого, к счастью, телефон всегда на беззвучном: Целый день буду за городом. Хочу подышать свежим воздухом.Я специально намекаю ему на хайкинг или, по крайней мере, на долгую, полезную прогулку. Трипп обожает подобного рода вещи.

На рассвете я останавливаюсь отдохнуть в Нью-Джерси и отправляю еще одно письмо: Гуннар, я еду в Вашингтон. Пожалуйста, позвони, когда прочитаешь это сообщение.Потом звоню Джули и прошу ее найти в базе данных «Кей» мобильный Гуннара Корхонена. (Кажется, она растерялась. Наверное, потому, что на часах половина седьмого, да и я вроде как в отпуске. А ведь в требованиях к должности я указывала,что мой личный помощник «должен быть доступен 24/7».)

Звонит Трипп. Я переключаю его на автоответчик.

Мне перезванивает Джули. Агент Гуннара тесно сотрудничает с нашей редакцией. Она дает нам два номера Гуннара: рабочий и личный.

– Раз уж мы созвонились, – говорит Джули, – у меня есть для тебя несколько сообщений от Рене Кам…

– Нет, – перебиваю я. – Скажи нет. Чего бы она ни хотела – нет.

– Она все еще…

– Я сказала «нет».

Вешаю трубку и пишу Рене: Хватит донимать меня. Тогда, в ресторане, я ясно дала понять, что мне это неинтересно.

Потом я снова пишу Гуннару, только уже не письмо, а сообщение: Это Чарли Колберт. Мне нужно срочно увидеться с тобой. Я еду в Вашингтон.

Я стою на заправке недалеко от Филадельфии, и тут Гуннар отвечает мне: Привет, Чарли. К сожалению, я сегодня занят. Хорошо тебе доехать.

Протягиваю кассиру деньги и одновременно печатаю: Это срочно. Иначе я не стала бы тебя беспокоить. Пожалуйста. Мне нужно срочно увидеть тебя.

Тишина.

Пожалуйста, –пишу я еще раз.

Хорошо. Я отменю несколько интервью.

Через некоторое время приходит еще одно сообщение: У меня здесь есть апартаменты. Я закончу кое-какие дела, и мы сможем встретиться.

Спасибо, –отвечаю я.

Он скидывает мне адрес. И говорит, что будет на месте через три часа.

СЕЙЧАС

– Привет, – говорю я по громкой связи в машине. – Извини, я не смогла прийти.

Это правда. Я хотела очный сеанс. Но если бы я задержалась, то уже никак не успела бы к Гуннару.

– Мы можем перенести… – орет голос Нур на весь крошечный салон «фиата». Я поворачиваю ручку громкости и делаю потише. – Чарли, когда ты возвращаешься?

– Нет. Я могу и сейчас. – Прежде чем Нур опять начнет ныть о доверительной обстановкеи медленном темпе,я продолжаю гнуть свое: – У нас была праздничная вечеринка. В кампусе. За день до тех событий. Это Ди предложила…