Онлайн книга «Остров пропавших девушек»
|
– Спасибо, – отвечает он. – Может, заодно и поесть? – Не стоит, у тебя и без меня дел полно. – Принесу тебе сэндвич, заверну в бумагу, чтобы ты мог съесть его, когда будет удобно. Пауло широко улыбается. Ничто не расположит его к тебе так, как еда. * * * Она идет на крышу снять белье. Поздним вечером это делать лучше всего – оно уже сухое, а ветер, несущий песок из Сахары, еще не поднялся. Как правило, ей нравится эта работа. Обычно это последнее, что нужно сделать. Наверху прохладно, с моря дует легкий бриз, голоса пассажиров яхт стихают до далекого бормотания. Простыни высохли. Растянуты на крыше в пять рядов, по три в каждом, у первого из которых она ставит корзину для белья. Начинает снимать прищепки. Кашель из-за парапета со стороны дороги. Замерев на месте, Мерседес вглядывается во мрак. Там кто-то есть – свернулся калачиком, будто плод в материнской утробе. – Кто тут? – зовет она. Без ответа. Положив прищепки, Мерседес ныряет под простыню и подходит ближе. Это Кудряшка Джемма. Та, которая выглядит так, будто у нее только недавно выросла грудь. Обхватила ручками-палочками палочки-ножки и уперлась в колени подбородком. Похоже, даже не замечает, что рядом кто-то есть. – Эй, Джемма! С тобой все хорошо? Девушка медленно-медленно поднимает голову и смотрит на нее. Она плакала. Лицо посерело, макияж потек. – Ты в порядке? Она опять кашляет и говорит: – Простите… У меня, похоже, приступ астмы. В голове Мерседес проносятся мысли. Может, она что-нибудь приняла? Может, ей что-то дали? Вид у нее просто ужасный. – Хотела подышать свежим воздухом, – говорит девушка, дыша со свистом, но при этом как-то умудряясь засмеяться, – а ингалятор оставила внизу. Иронично, не правда ли? Мерседес подходит еще ближе и говорит: – Я тебе его сейчас принесу. Джемму до такой степени удивляет это проявление доброты, что душу Мерседес тут же заполняет печаль. Неужели к тебе никогда и никто не был добр? Бедный ребенок. Дело в этом? В твоей жизни было так мало любви, что ты посчитала это… такую жизнь… нормальной? – Правда? – Ну конечно же. Где ты его оставила? – В сумочке, – отвечает она, – у бассейна. На голубом столике. Такая маленькая, в виде пирамидки… – она судорожно глотает воздух, – с пайетками. – Хорошо, – говорит Мерседес, – жди здесь. Как будто ей есть куда идти. Из холла доносится глубокий утробный смех, больше похожий на рык, и игривый девичий вскрик. Она замирает наверху лестницы, размышляя о том, куда бы деться. Когда они направляются наверх со своей жертвой, им не нравится, если рядом болтаются слуги. Должно быть, видят свое отражение в их глазах, каким бы бесстрастным ни было их выражение. – Однако ты гораздо тяжелее, чем кажешься! – восклицает мужчина. Принц. – Секундочку. Сейчас я тебя… Снова вскрик. На этот раз настоящий. Грохот, глухой удар, женский стон. Мерседес выглядывает из-за перил. На мраморном полу лежит Ханна, над которой, сдавленно фыркая, стоит принц. Хихикает. Визгливый смех школьника. Мерседес принимает решение и спешит вниз. Одновременно с ней в вестибюле появляется Пауло и тут же бросается к девушке. – Упс! – произносит принц. – Переоценил собственные силы. Ханне, похоже, не на шутку больно. Она сжимает руку, изо всех сил стараясь не плакать. Пауло опускается рядом с ней и просит ее показать. У него за плечами медицинская подготовка. Кто бы сомневался. |