Книга Остров пропавших девушек, страница 130 – Алекс Марвуд

Когда после обеда Татьяна вновь появляется на трапе, Мерседес втягивает голову в плечи, но та, даже не глянув в сторону «Ре дель Пеше», поворачивает направо и направляется к воротам пристани для яхт. Вбивает на пульте код и заходит в тоннель, пробитый в старом волнорезе. Мерседес чувствует такое облегчение, что ей на глаза наворачиваются слезы. Поглядев на Феликса, который в этот момент штопает сети в лучах весеннего солнца, видит, что он тоже провожает Татьяну глазами. Потом, видимо почувствовав взгляд Мерседес, поворачивается к ней и широко улыбается. «Все в порядке, – явственно читается в го улыбке. – Ты в безопасности. Мы в безопасности. Ты больше не в ее власти».

– Что будете?

Татьяна на нее не смотрит. Не удостоила ее даже взглядом, когда пришла в ресторан и села за понравившийся ей столик без спросу.

– Колу, – отвечает она, – не диетическую.

Мерседес нерешительно замирает на месте, ожидая, что Татьяна хоть знаком или жестом признает в ней знакомую, но ничего такого не происходит.

Она поворачивается к своим спутницам. Новым подругам. Судя по всему, им не платят, так как одежда на них по размеру и ни одна из них не поворачивается к Татьяне за одобрением.

– А вы?

– Капучино, ага, – отвечает маленькая блондинка.

Как ее зовут, Мерседес не знает. Она не знает никого из Татьяниных подруг. Да и откуда? Прошлым летом никого из них здесь не было.

– А мне citron pressé, – говорит другая маленькая блондинка.

Они теперь все светловолосые, даже Татьяна. На фоне ее желтоватой кожи этот цвет выглядит ужасно, но, по-видимому, такова мода. Пышные шевелюры, подвязанные шелковыми шарфами, задуманными так, чтобы больше напоминать старые тряпки, и украшения в несколько слоев. Донателла теперь тоже делает такую прическу. Шарф она смастерила из того полупрозрачного сарафана. В конечном итоге у них все идет в дело.

– Прошу прощения, – отвечает Мерседес, – но я не знаю, что это такое.

– Слушай, Кресси, – говорит подруге Татьяна, – ты же сейчас не во Франции, так что опустись до уровня попроще.

Мерседес душит злоба. «Да пошла ты, Татьяна», – думает она, но виду не показывает. Клиент – он и есть клиент, а после того, как на утесе открылся тот огромный отель, посетителей у них не так уж и много.

– Ой… – вздыхает Кресси, смотрит на Мерседес с таким видом, будто перед ней lilu, и медленно-медленно, выговаривая каждое слово, произносит: – Может, тогда лимонад? Вы можете приготовить мне лимонад? Свежий?

Потом умолкает, глядя на официантку, не уверенная, что та ее поняла.

– Limonade?– переводит она, и в этот момент Мерседес понимает, что девушка непроходимо глупа. Хотя, судя по всему, дружелюбна. А раз так, то злиться нет никакой нужды.

Девушка изыскивает внутренние ресурсы.

– Fresca?

Мерседес делает вид, что только в этот момент ее поняла.

– А-а-а! Limonada? Si. No fresco. Pero Fanta!– отвечает она и видит на лице Татьяны тень недовольства – настолько крохотную, что заметить ее может только такой тренированный человек, как она.

Потом ухмыляется и думает: «Съела? Теперь, когда я освободилась от тебя, могу издеваться как хочу».

Кресси, в своем смущении похожая на принцессу Диану, по очереди смотрит на других девочек за столом, безмолвно обращаясь за помощью.

– Свежего у них нет, – объясняет Татьяна. – Только в банках.