Книга Дорогуша, страница 113 – Си Джей Скьюз

– Эй Джей, у меня зубной. Скоро буду.

У нас на почте вечно куча народу. В последние недели перед Рождеством даже на улице стоит хвост. Я просканировала сзади всю очередь и обнаружила его через четыре человека от меня: опирается на палку и прижимает к себе два свертка. У меня сердце бешено заколотилось – обычно так бывает, когда встречаешь бывшего любовника, а не семидесяти-с-чем-то-летнего почти-инвалида, отсидевшего за изнасилование и нацепившего на голову кепку. Он постарел и ссутулился, но лицо точно такое же, как на той фотографии из зала суда, которая попала на первые полосы. Я притворилась, будто изучаю журналы.

Когда он вышел, я выждала немного и последовала за ним, сохраняя безопасную дистанцию, но все-таки не выпуская из виду кепку и постук палки, которая медленно петляла среди толпы. Букмекерская контора. Банк «НатУэст» – снял наличных. Вверх по Кэсл-лейн. Дальше по Хай-стрит. Аптека «Бутс», потом «Айсленд». Долго смотрел в морозильники. Купил пастуший пирог и двухлитровую бутылку сидра. Потаращился в витрину обувного «Кларкс». Прошел через торговые ряды.

Через парковку.

Через двор окружного суда.

Мимо больницы.

И наконец – в таунхаус. Номер четыре по Хэстингс-роу. Я немного постояла на противоположной стороне дороги, а потом подошла посмотреть на имена рядом с кнопками домофона. Это были квартиры. Номер три – пусто. Номер два – пусто. Номер один – Деррик. Я увидела, как внутри, за плотным желтоватым тюлем, зажегся телевизор.

Деррик? Теперь его имя стало фамилией? Или совпадение? Этого я знать не могла. Так или иначе, теперь он там, где мне надо.

Крыса – в крысоловке.

1. Люди, которые заказывают всплывающую рекламу на сайтах: к примеру, читаешь ты трагическую статью о женщине, которая потеряла всех своих детей во время взрыва бомбы в Алеппо, и тут выскакивает реклама нового фраппучино. Кстати, предложение офигенно выгодное, да еще и тройное количество бонусных баллов.

2. Те, кто макает уже откусанную морковку или спаржу в общий соус (а именно – Крейг и Лайнус).

3. Люди, которые пишут несмешные вещи на грязных машинах – например, на фургоне Крейга сейчас написано «Гастрольный автобус Рольфа Харриса»[75]. Думаю, он еще не видел.

4. Люди, которые готовят невкусные сэндвичи, – сегодня я спросила у новой женщины в кафе «Яблоневый Цвет», нельзя ли мне намазать их хлеб собственным сливочным маслом.

5. Индийские кол-центры – я, конечно, ужасно извиняюсь и все такое, но, ТВОЮ МАТЬ, Я НИ СЛОВА НЕ ПОНИМАЮ!!

Опять страшный сон. Старый добрый. Больница, умоляющие глаза, пересохшие губы, приготовленная подушка. Все та же фигня. После двух лет уже как-то изнуряет. Черт его знает, что замышляет мой мозг на этот раз.

Приготовила Крейгу «однозначно лучшее сосисочное жаркое за всю его жизнь» с вафлями и горошком. Испекла шоколадные брауни со взбитыми сливками из баллончика. И ДАЖЕ нарезала клубничку для украшения. Потом парни пришли смотреть футбол – Манчестер Что-то-там против Шеффилда Какого-то, – и в итоге Крейг, Эдди, Гари и Найджел втиснулись на мой трехместный диванчик и остались там на весь вечер – глушить «Стеллу Артуа» и пердеть в мои диванные подушки. Квартира за считаные минуты провоняла так, что хоть святых выноси.

Ни Биггуса Диккуса, ни СуперСекси48 в сети не было, так что даже на них нельзя было отвлечься, поэтому я решила позвонить Анни и узнать, нельзя ли напроситься к ней в гости. Она заплакала в трубку, но сказала сквозь слезы: «Это было бы чудесно», и я сделала вывод, что остальные ЛОКНО забыли о ее существовании и к ней потихоньку подкрадывается коварная послеродовая депрессия.