Книга Дорогуша, страница 123 – Си Джей Скьюз

Из других новостей: сиськи у меня по-прежнему болят, и я опять официально обеспокоена, не завелось ли в моей Иуде-матке мини-Крейга.

А еще сегодня уволился Джефф Трешер. Эй Джей на прошлой неделе собирал со всех деньги, чтобы купить ему открытку, кружку и какую-то штуковину с гравировкой, я не очень поняла какую. Я даже не стала задерживаться после работы, чтобы присутствовать на проводах. Зачем мне это? Они уже даже его стол заменили на новенький и блестящий. Эргономичный, с крутящимся креслом и без кофейных пятен. Как будто Джеффа тут никогда и не было.

А, да, еще сегодня мой день рождения. На работе все об этом забыли – ну еще бы, ведь столько шума из-за прощания с Джеффом, – а я напоминать не стала. Мне совсем не хотелось дежурно улыбаться в ответ на спешно купленный букет цветов и коряво подписанную открытку, да и жалко было тратить деньги на покупку пончиков для двух десятков человек, из которых как минимум двое меня на самом-то деле презирают. Крейг подарил мне сертификат в «Уотерстоунс», средство для удаления волос (о нет!) и флакон духов, от которых у меня сыпь. Я купила себе цветы: гигантский букет желтых роз, которые пахнут точь-в-точь как те, которые дедушка выращивал в Медовом Коттедже. Каждый раз, когда я вдыхаю их аромат, меня пронзает ощущение счастья, которое очень хочется удержать.

В почтовом ящике обнаружилась открытка от миссис Уиттэкер. Получается, про мой день рождения она помнит, а вот про то, что я назвала ее старой сукой и грозила выпотрошить, как свинью, – нет? Наверное, продвинулась в своем Альцгеймере на новый уровень. Не видать ей больше нашего ключа, это, блин, железно.

От Серен ничего не получила. Как и всегда.

Заказали пиццу и смотрели «Феррис Бьюллер берет выходной» – это я выбрала. Родители Крейга прислали мне домик на колесах «Сильваниан Фэмилис» с семейством ежиков. Наверное, Крейг им подсказал. Теперь они нравятся мне процентов на двадцать больше, чем раньше, – несмотря на все их слишком личные вопросы и бытовой расизм. Там есть даже маленький конь, который этот домик тащит. Я назвала его Альбертом.

Повсюду дикие гиацинты, и на улице стало гораздо теплее, а это означает, что большинство моих коллег переключились на свободную одежду и шлепанцы. У меня к шлепанцам четыре ОГРОМНЫХ вопроса.

1. Мы не в Льорет-де-Мар, а в редакции маленькой захолустной газеты в Уэст-Кантри, и большую часть времени начальство не разрешает нам включать отопление, так что тут у нас страшный дубак.

2. Лень: шлепанцы делают человека ленивым. Не просите меня дать этому научное объяснение, просто поверьте, это действительно так. Когда на тебе плоские тапки, которые шлепают при ходьбе, – все, теперь ты пальцем о палец не ударишь.

3. Шум: хлоп-хлоп-хлоп – это я раздаю оплеухи каждому, кто носит шлепанцы.

4. Вид: я не люблю ноги. Любые. Когда человек извлекает из закромов свои шлепанцы, он заодно выставляет напоказ и пару человеческих копыт, которые примерно год не видели солнечного света, и теперь я вынуждена смотреть на эти уродливые пожелтевшие облезлые прелые конечности, которые кто-то счел достойными того, чтобы предъявить их миру.

Грудь продолжает болеть, и я не могу лежать на животе, а это, между прочим, одна из любимейших моих вещей в жизни. Купила еще один тест на беременность, но боюсь его использовать – а вдруг на этот раз он и в самом деле положительный? Господи, ну я ведь принимаю таблетки, разве они не должны давать стопроцентной гарантии?