Книга Дом на отшибе, страница 127 – Полина Сутягина

* * *

Сквозь сон Уолли слышал, как мама пожелала им хорошего дня, и хлопок входной двери. Пробурчав что-то нечленораздельное в ответ, он снова погрузился в уютную негу сна. После происшествий этой ночи Мэри-Лу спала как сурок, даже не спустившись к завтраку. Это обстоятельство очень удивило фрау Кляйн, не менее, чем то, что оба сына встали раньше нее, но после не показывались. Она заглянула к Роджеру перед выходом и нашла его что-то записывающим в толстую тетрадь в мягкой обложке. К ее еще большему удивлению, он совершенно спокойно отнесся к просьбе снова остаться с младшими. Однако своего стандартного пожелания об обязательности прогулки она не произнесла, вспомнив об их вчерашнем опыте.

– Как ты себя чувствуешь после вашего… похода? – аккуратно уточнила она.

Роджер вскинул на маму удивленный и немного рассеянный взгляд.

– Похода?.. – Его поза стала еще более напряженной, хотя он и так всегда старался сидеть прямо, отчего со стороны его фигура редко казалась расслабленной.

– Когда вы вчера заблудились в лесу… – уточнила фрау Кляйн с некоторой настороженностью.

– А… это. – Роджер успел совершенно позабыть о предшествовавших их ночным приключениям событиях, на мгновение подумав, что мама спрашивает об этом. Но после ее пояснения выдохнул и даже улыбнулся. Между тем для фрау Кляйн именно их «поход» был последним сильно эмоциональным событием.

– Мэри-Лу, я вижу, вы так утомили, что она до сих пор отсыпается, – продолжила фрау Кляйн, не дождавшись от сына вразумительного ответа.

Он кивнул.

– Да, она вчера устала, – подтвердил Роджер, относя это утверждение не к тому, о чем думала сейчас фрау Кляйн.

– Вы уж… поосторожнее, Роджер, хорошо? – собираясь уходить, попросила она. – Я за вас так волновалась вчера…

Мальчик посмотрел на маму и вдруг поднялся и обнял ее.

– Не волнуйся, мы будем осторожнее.

Фрау Кляйн, практически онемев от такого проявления тактильности, не свойственной старшему сыну, просто кивнула, аккуратно погладила его по голове и вышла из комнаты, тихонько притворив за собой дверь. Внизу она, еще более удивленная, чем когда поднималась наверх, поведала о своих наблюдениях мужу. Герр Кляйн на мгновение задумался о чем-то. А потом, поцеловав супругу, пожелал ей хорошего дня и первым вышел на работу.

Когда фрау Кляйн ушла, Роджер вернулся к тетради. Как настоящий исследователь, он был обязан задокументировать все события прошлой ночи, подробно и четко, чтобы потом его ум не дорисовывал несуществующих деталей. Проблема была в том, что те детали, которые он теперь описывал плотными строчками, тоже выглядели малоправдоподобно.

Он вспомнил спор с Уолли, во время которого их с утра и застал отец. Вернувшись домой на рассвете, они первым делом уложили клевавшую носом еще в поездке на велосипеде сестренку. А потом вышли отнести вниз куртки, которые в спешке забыли снять. Тогда Уолли и сказал ему:

– Ну что, Фома неверующий, убедился! – Это выражение он почерпнул от бабушки. Он точно не знал, кто этот Фома, но, судя по эпитету, он был явно таким же твердолобым, как и его брат. – Или опять скажешь, то, что мы видели – не то, что мы видели?! Как тогда, с розовым облаком.

Роджер раздраженно вздохнул, но впервые ему было действительно нечем крыть.

– А вообще это ты здорово придумал с дверью, – неожиданно переключился Уолли, видя, что брат не спорит с ним, – мне бы и в голову не пришло… Кто бы мог подумать, что моя сестра и брат – ведьмы!