Книга Похититель жизней, страница 88 – Лесли Вульф

Она не торопилась отвечать. Неправильный ответ на вроде бы простой вопрос мог роковым образом повлиять на составление профиля, сделав его стопроцентно бесполезным. Все старания оказались бы мартышкиным трудом. Но шестым чувством Тесс уже нащупала, чего хочет Похититель.

— То, что он раздевает своих жертв и постит фотографии онлайн, поначалу сбило меня с толку. Я решила, что он сексуальный маньяк, развивающийся в убийцу, возможно, подталкиваемый импотенцией и другими проблемами в жизни. Но сейчас думаю иначе, — добавила она, с каждым словом чувствуя себя все увереннее. — Это злобный нарцисс, жаждущий власти и внимания. Его приводит в ярость любой, кто получает больше общественного признания, чем он.

— Вы говорите о ярости, но он действует собранно, организованно и методично, грамотно выслеживает жертв и пользуется неограниченным доступом в их жилища, — возразил Маккензи.

— Все это так, но на первом месте ярость, — ответила Тесс. — Он просто понял, что ярость не приводит к результату, если он хочет нанести максимальный урон. Он хладнокровный психопат, садист, хотя не проявляет себя в этом качестве. Его преступления не несут насилия. До сих пор он не пролил ни капли крови, но я тебе обещаю, что кровь еще будет. Ярость чертовски сложно контролировать долгое время, каким бы ты ни был организованным.

— Так ты считаешь его садистом? — вмешался Фраделла. — А известны ли тебе другие садисты, не прибегавшие к насилию?

— Я считаю, что он сосредоточился на нравственных мучениях, которые доставляет жертвам. Он ввергает их в долгую агонию. Он практически… подогревает это ощущение каким-то образом. Именно для этого он установил видеонаблюдение в домах Эстель и Кристины — чтобы продолжать наблюдать их боль.

— А зачем тогда убивать Диану? — спросил Тодд. — Как это вяжется с длительными нравственными страданиями?

Она слегка пожала плечами:

— Несуб прогрессирует. Изучает, кто он есть на самом деле, и в процессе изучения вкусы меняются. Его ярость выходит на поверхность, готовая вырваться кровавым фонтаном.

— Я этого не заметил, — сказал Фраделла, опустив глаза. — Извини. Я думал, что он может оказатьсясексуальным маньяком, который прекрасно разбирается в уликах и обладает достаточным уровнем самоконтроля, чтобы удержаться от изнасилований, учитывая огромный риск оставить свой биоматериал.

— Ты видел его костюм из латекса? — осведомилась Тесс. — В таком костюме вполне можно заняться сексом, некоторые фанаты косплея такое проделывают. Но он не трогает девушек. Он не за этим приходит.

— Может он оказаться гомосексуалом? — предположил детектив. — Единственный раз я видел своими глазами такой костюм в магазине для геев, — сконфузившись, он посмотрел куда-то в сторону.

— Не исключено, — согласилась Тесс, прогоняя в голове эту гипотезу и прикидывая, насколько она правдоподобна. — Это бы объяснило отсутствие сексуального интереса, его пренебрежение молодыми женскими телами, необходимость обесценить их, соперничество с ними за любовь и внимание мужчин.

— Чего он хочет, Тесс? — спросил профайлер. В его интонациях слышалась гордость за нее. — Какова истинная цель нашего несуба?

— Он собирается доказать всякому, кто готов выслушать, что эти девушки недостойны славы и что он единственный, кому нужно даровать почет и признание. Выставляя их напоказ перед всем миром, он будто выставляет их голыми на всеобщее поношение.