Книга Искатель, 2006 №4, страница 63 – Станислав Родионов, Михаэль Бородкин, Кирилл Берендеев, и др.

А тут еще священник!

— В принципе не пойму, какой смысл для моей карьеры, кроме греховного, может быть в епископе? Или ты хочешь скандала? — недоумевала хозяйка люкса, нервно выхватывая из рук Азаила очередную розу, белую, и бросая оную в вазу, к остальным. К удивлению демона, она попала.

— Не поймешь, пока не поживешь здесь с мое, — ответил он, отводя взгляд от цветов. — Это ведь Третий Рим, а не твоя Тмутаракань. Для успешного карьерного роста в любом деле непременно требуется покровительство духовного лица, и чем это лицо…

— Толще, — язвительно заметила Эсмеральда, вспоминая епископа.

— Чем значительней, тем лучше. Как в плане светском, ведь нынче без присутствия духовного лица ни одно дело не начинается, так и поминая о горних материях. Подобное покровительство, через моления залученного в твои тенета епископа, выводит нас на помощь того или иного святого. В данном случае, покровителя карьерного роста.

— Назови хотя бы одного такого.

— Симеон Столпник, вознесшийся над толпою и со столпа своего долгие годы раздававший благословения, — не задержался с ответом Азаил. В райской жизни он одно время работал в архиве, а потому знал всякого святого покровителя назубок. Крыть Эсмеральде было нечем.

— Но зачем же обязательно доводить дело с епископом до такой крайности? Да и святой вряд ли услышит падшего епископа.

Азаил даже головой покачал над ее неосведомленностью.

— Их дело. Нам главное,под покровительство епископа попасть. А что до крайности — так куда же вы, сударыня, денетесь без этогов Третьем Риме? Может, вы знаете такую работу, чтобы можно было без этого,чтобы начальник продвигал по службе за красивые глаза или особое рвение и при этом не хватал за мягкое место или не устраивал «полежалки» после работы? Нет, конечно, можно устроиться и так… в ДЭЗ, скажем, или на дровяной склад, но ведь нас это не устраивает. Нам ведь красоту свою надо проявить. И через нее кормиться. И хорошо кормиться, а не на три-четыре тысячи рублей. На тебя заказы сейчас идут очень хорошие, ты сама видела какие, но я всем отказываю, потому как знаю: стоит только повременить, будут еще лучше. Но без этогоне обойдешься. Путь твой изначально предполагает пробивание стен обнаженными телесами; на сколько их хватит при такой жизни — зависит от твоей расчетливости и хорошей скупости. На всех не напасешься, хотя все, поверь мне, будут требовать именно этого,— на такой эффектной ноте и завершил свою речь Азаил.

Эсмеральда вновь вынуждена была сдаться безукоризненной логике демона, ответившего речью на все невысказанные вопросы. И это обстоятельство преизрядно ее смутило. Как многое в своем покровителе смущало и прежде. Вообще же, госпожа Зайчук, хотя уже и не представляла дальнейшего обустройства судьбы без Аза-ила, стала его побаиваться. А больше всего пугала сама подспудно видимая сложность игры, в которую вступил с сильными мира сего Азаил и к которой она никак не могла подступиться со своей мерой, — но лишь с той, что предлагал ей хитрый демон. Она понимала, что знает далеко не все об этой игре и что сама играет в ней какую-то роль — не совсем ту, о коей рассказывал Азаил. Но какова истинная роль Эсмеральды — в этом ей только предстояло разобраться.

И разобраться она решила уже после визита епископа. Благо Азаил помчался доставлять его в люкс «Украины». Когда к Даниловскому монастырю подъехал серебристый «Бентли», епископ покорно поднялся и вышел из трапезной — было время ужина, — оставив братию недоумевать по поводу столь позднего визита, по пути бросив загадочную фразу: «Теперь только в сундуке мне и служить».