Книга Искатель, 2006 №1, страница 30 – Гарольд Мазур, Песах Амнуэль

— Понятно, — протянула Фиона.

Элен сосредоточенно ела мороженое и не обращала внимания на разговоры взрослых.

— Вы не будете возражать, — сказала Фиона, — если я поговорю с девочкой наедине? Басс знает, — обратилась она к Памеле, — мое медицинское образование включает и подготовку психолога.

Памела хмуро посмотрела на мужа и произнесла неприязненно:

— По закону, при разговоре с детьми должен присутствовать один из родителей.

— Конечно, — кивнула Фиона. — Проблема в том, что в вашем присутствии реакции Элен могут оказаться несколько иными, чем… Я не настаиваю, просто предлагаю, потому что, мне кажется, это можетдать результат.

— Пам, — сказал Себастьян. — Я думаю, доктору Беннетт можно доверять.

— Конечно! — воскликнула Памела. — Можно доверять!

Она смяла лежащую на столе салфетку и швырнула на пол.

— О Господи, — пробормотала Памела, — извините, я…

— Не нужно извиняться, — участливо сказала Фиона. — Я понимаю…

— Хорошо, — согласилась Памела. — Где вы хотите разговаривать? Мы с Бассом будем рядом, в соседней комнате.

— У меня кабинет в терапевтическом корпусе. Элен доест мороженое, и мы отправимся.

— Почему так долго? — нервно сказала Памела. — О чем она может разговаривать с маленьким ребенком вот уже полтора часа?

Себастьян сжал руку жены, он и сам беспокоился — не за Элен, естественно, Фиона позаботится, чтобы девочка чувствовала себя комфортно, его беспокоило состояние Памелы. Неизвестно, о чем она думала и что скажет, когда Элен с Фионой выйдут наконец из кабинета.

Дверь распахнулась, и в коридор выбежала разгоряченная Элен, размахивающая бумажным самолетиком.

— Мама! — закричала она, бросаясь к Памеле. — Папа! Посмотрите! Он летает до потолка! Может и выше, но потолок не пускает!

— Элен, — пробормотала Памела, прижимая к себе девочку, — с тобой все в порядке, милая?

— Конечно, — вместо девочки ответила вышедшая следом доктор Беннетт. — Замечательная у вас дочь, Памела. И твое воспитание, Басс, тоже сказывается — Элен очень хорошо для ее возраста рисует…

— Но… — сказал Себастьян, напряженно глядя в лицо Фионе. В отличие от жены, он разбирался в том, что означала каждая интонация его бывшей подруги, и видел, что сказанное было прикрытием слов, не произнесенных вслух.

— Не знаю, — призналась Фиона. — Определенно одно: она не могла сама себя ударить.

— Стигматы? — спросил Себастьян.

— Я думала о такой возможности, — медленно произнесла Фиона. — Не похоже, Басс. Ваша Элен — совсем не тот психологический тип. К тому же стигматы никогда не появлялись у маленьких детей. Надо быть взрослым фанатиком… Нет-нет, это не стигматы, успокойся.

— Успокойся! — нервно воскликнул Себастьян. — Ты не можешь сказать, больна Элен или здорова. Что нам делать? Должна ли она ходить в детский сад? Должен ли кто-то из нас — я или Пам — постоянно с ней находиться и следить…

— Пожалуйста, Басс, не паникуй, хорошо? Днейчерез десять я сделаю еще один анализ крови, и мы с Элен — если за это время ничего не произойдет — поговорим еще раз.

— Нет, — твердо сказала Памела, вставая и заставляя мужа подняться. — Никаких бесед я больше не позволю. И никаких анализов. Элен и без того напугана.

— Но, Пам… — слабо запротестовал Себастьян.

— Все, — отрезала Памела. — Пойдем, Басс.

У двери Себастьян обернулся в надежде на то, что встретит взгляд Фионы и поймет то, что доктор Беннетт не хотела говорить вслух: ждут ли их тяжелые дни или можно надеяться на лучшее? Фиона не смотрела в его сторону. Похоже, она вообще никуда не смотрела — то ли о чем-то сосредоточенно думала, то ли, напротив, старалась отогнать от себя мысли, приходившие ей в голову против воли.