Книга Основано на нереальных событиях, страница 13 – Алекс Винтер

Банза уставился в окно. Жирнов отправился к своему подопытному – усадив на стул, ему сделали укол. После Жирнов вынул из кармана обычную чайную ложечку и велел солдату следить за ней. Тусклым монотонным голосом русский гипнотизер медленно вводил солдата в транс. Банза начал потеть, видя, как у солдата замедляется дыхание, как закатываются его глаза, а он сам превращается в кисель. Но даже с другой стороны стены Банза видел: что-то идет не так. Жирнов, видимо, велел солдату зарядить револьвер, и тот сомнамбулическими движениями потянулся к оружию, вогнал в барабан патрон. Жирнов нервно оглянулся на стекло, сглотнул, а затем отдал приказ солдату поднести дуло к виску и нажать на спусковой крючок.

Солдат медленно поднял револьвер, поднес его к голове.

И так же медленно опустил.

Жирнов скомандовал снова. Солдат вновь поднял руку, но на сей раз даже не донес револьвер до головы. На третий раз он взял оружие в руки, подержал и бросил. На четвертый даже не прикоснулся к оружию. Обмякнув на стуле, солдат медленно сползал вниз, бессмысленно таращась в стенку, пока не упал, ударившись головой о стол. Подбежавшие медики торопливо нащупали пульс, спешно подняли солдата и унесли прочь. Жирнов выглядел злым и обескураженным. Повернувшись к окну, он выразительно пожал плечами и вышел из комнаты. Банза вытер мокрый лоб.

– Ваша очередь, доктор, – сказал Царенко.

На деревянных ногах Банза направился следом за караульным.

Второму подопытному, который удивленно приподнял брови, увидев Банзу, быстро ввели препарат. Выдохнув, Банза встал напротив, ожидая, когда гремучая смесь зелья африканских предков впитается в кровь русского военного. Зрачки солдата стремительно расширились, и Банза начал медленно поднимать руки, совершая ломаные резкие движения, которые завораживали жертву, будто танец королевской кобры. Он почувствовал возбуждение и радость, когда русский солдат начал повторять эту смертельную пляску за ним.

начал Банза.

За исключением глаз, что следили за каждым движением африканца, солдат оставался неподвижным. Его светлая кожа не просто серела: она синела, а щеки проваливались, словно он уже умер и начинал разлагаться. Когда Банза почувствовал, что воля солдата окончательно сломлена, он приблизился к нему и прошептал:

– Мой мальчик, я хочу, чтобы ты взял револьвер, зарядил его и, трижды прокрутив барабан, вставил ствол в рот, после чего спустил курок. А после этого ты можешь отдохнуть и забыть все, что велел сделать тебе твой хозяин.

Солдат совершенно спокойно подошел к столу и взял оружие. Банза следил за ним во все глаза, единственный патрон на столе выглядел абсолютно настоящим. Солдат без всяких сомнений вставил его в барабан револьвера, прокрутил несколько раз и с совершеннейшим спокойствием вставил дуло в рот. Напряжение в комнате было таким, что его можно было резать ножом. Банза выдохнул: что, если не получится?

Солдат спокойно надавил на спусковой крючок. Револьвер громко щелкнул. Выпустив его из рук, солдат с апатичным спокойствием лег навзничь и закрыл глаза. Его дыхание был медленным и почти неслышным. Банза почувствовал, как прилипла к мокрой спине рубашка. Дверь открылась. В комнату вошли Царенко и его переводчица. Глаза у блондинки были вытаращены от изумления. Она взирала на Банзу с благоговейным страхом.