Книга Основано на нереальных событиях, страница 89 – Алекс Винтер

Неожиданным гостям Степан оказался рад, быстро накрыл на стол, выставив даже оладьи. Данил немедленно схватил верхний, торопливо обмакнул в сметану и сунул в рот, закатив глаза в блаженстве. Агате захотелось сделать так же, но она сдержалась, чувствуя, как заурчало в животе, она ведь с утра ничего не ела.

В доме было тепло, по-солдатски чисто, с нехитрым хозяйством Степан управлялся сам, в самом начале разговора бросив: «Померла моя бабка». Когда все уселись за стол и под обед со стопочкой рассказали о творящейся чертовщине, Степан не показался Агате удивленным.

– Я думал, это еще тогда кончилось, – сказал он. – Ну, в восьмидесятых.

– Дед нам этими историями все уши прожужжал, – радостно сказал Данил. – Сперва отцу, потом мне. Жуть как интересно было, но мне казалось, что он нам «Остров сокровищ» вперемешку с «Приключениями Тома Сойера» пересказывает, это настолько неправдоподобно выглядело. Но нам нравилось. Мы визжали в самых страшных местах.

– Я, конечно, для детишек смягчал все, – признался Степан. – Но не сказал ни слова неправды. Иной раз как вспомнишь эти лица перекошенные, такой страх берет. Мы тогда пытались расследовать, но у нас в УК и формулировок таких нет.

– Каких? – спросила Агата.

– А я и не знаю каких. Разве что колдовство. Не мошенничество, а именно колдовство. А ведь там целая наука была, тайные знания, чуждые советскому человеку. Мы в те времена о колдунах вуду даже не слышали, откуда бы? А оказывается, они существовали и, более того, действовали прямо у нас под носом. Ну, не сами они, а методы их. Это даже сейчас звучит неправдоподобно. Говорю и сам себе не верю. Только вот эти жесты ломаные от зомбированных людей я уже раньше наблюдал. И видел, как люди себе в голову стреляли.

– Расскажите, с чего все это началось, – попросил Стас.

Степан помолчал, собираясь с мыслями, подлил себе кипятка в чашку и начал:

– Кажется, впервые эта история началась на Олимпиаде.

Дикая смерть жены, с которой все давно пошло к черту, тем не менее невероятно взбудоражила Дмитрия Романофф. На протяжении тех четырех или пяти дней, когда в Россию прилетели тесть с тещей, сестры Дарьи, он слонялся из угла в угол, ложился прямо на пол, вставал, что-то ел и пил, ничего не понимая.

Дашка должна была оставаться в его безраздельном владении на всю жизнь, потому что он так запланировал еще в соплячьем возрасте, когда родители сговорились на их династийный брак, и всем, включая Дашку и Диму, эта идея казалась роскошной. Дима уже был не совсем юнец, за плечами была, например, армия. В отличие от многих богатеньких буратин, он не стал уклоняться и честно отслужил по призыву, тем более что служба в Израиле считалась почетной и сделать там военную карьеру можно было запросто. Маленький, худой Дима Романофф, в крови которого еврейской крови было мало, на роль спецназовца не годился, но зато оказался весьма способным в плане снайперской стрельбы. И вполне вероятно, что строевая подготовка закончилась бы для Димы отправкой на передовую, ведь в Израиле сложных ситуаций, когда требовались военные, хватало, но армейский врач в какой-то момент заартачился и признал Дмитрия к дальнейшей службе негодным по причине каких-то там легоньких отклонений в кудрявой башке. Дима даже расстроился, но переживал недолго. Подумаешь, завихрения в башке, с кем не бывает! В его роду у каждого второго были завихрения, чем он хуже? Ну нравилось ему убивать, это ж кайф – смотреть на человека сквозь прицел, потом тихонько, не дергая, тянуть за спусковой крючок и видеть, как через пять-семь секунд голова врага разлетается, словно спелая тыква.