Книга Ты не выйдешь отсюда, страница 78 – Маргарита Малинина

– Может, спросить у него? – хмыкая, подумала я вслух. – Он же велел обращаться к нему со всеми вопросами! Димочка, твой папа был в курсе, что ты режешь женщин как куропаток?

Почему именно как куропаток? Странная у меня тяга к сравнениям. Читатели всегда меня за это ругают, пора прекращать.

Впрочем, если ответ утвердительный, то это объясняет, отчего папаша съехал с катушек. И это объясняет, отчего сбежала мать… Хотя нет. Она бы пошла в полицию. Или не пошла? Плохо, что у меня нет детей. У меня даже замужние и рожавшие персонажи не очень правдоподобными получаются, ибо я не знаю, что это такое, даже примерно. Наверное, мать бы все-таки не сдала своего сына, даже зная, что он убийца. Только это эгоизм и слабость. И вот чего она добилась! Она свалила в другую страну, оставив это бремя на муженька, тот спятил и переубивал всех своих коллег, а потом сгинул сам на острове в Арктике в бурю. А сын вырос и продолжил убивать.

Я вдруг вспомнила, как Дима сказал, что у него пропала одноклассница, которая ему нравилась. «Пропала», ага! Это официальная версия. На самом деле он убил ее. Возможно, это была его первая жертва. И может, родители об этом узнали. Вероятно, он сам им рассказал. Он ее убил – наверное, случайно. В первый раз вполне мог убить не специально, но что-то понял про себя. Прибежал к родителям за помощью, и они расчленили тело. Он видел, как они отсекли трупу голову. Вот оттуда и страсть к обезглавливанию.

М-да, Дима был прав, приведя в бункер писательницу. Никто другой не смог бы придумать достоверную историю на ровном месте. И вот мама хоть и помогла, но потом сбежала. Не смогла больше смотреть на сына. А может, и не сбежала никуда. Откуда мне знать? Тут нет фоток ее постаревшей из Швеции с новым мужем. Может, она «сбежала» для других, а сама легла в ту же могилу, что и одноклассница. И их обеих никто так и не нашел.

Но как это связано с полярниками? Там же он никого не убил. Может, среди них были родители той девушки?.. Нет, это уже «Санта-Барбара». Правильно меня редактор и шеф-редактор «Улики» постоянно ругают за совпадения… Что тогда?

Я потянулась к досье. Первым в руки попался Борисенко. Я открыла его записи и перечитала стих, поразивший меня до глубины души. Монстр…

Чувствуя непонятное волнение, я открыла следом папку Максима Папина. Его странные рисунки… За пару дней до смерти он начал изображать обезглавленных обнаженных девушек. С чего вдруг? Не слишком ли много безголовых в этой истории? Опять же вспомнился Родион Юрьевич, велевший мне следить за совпадениями. Их или не должно быть вовсе, или они связаны между собой – и тогда это не совпадения, а следствие. Значит, коллеги Дроздова каким-то образом узнали, что его сын убил одноклассницу и отрубил ей голову. Вот он, мотив! Я справилась?

М-да, только как я ему скажу об этом, когда выйдет время? Я представила себе разговор. «Да, Дима, я все выяснила! Мотивом для твоего отца послужило то, что коллеги узнали, что ты маньяк-убийца, и он должен был заставить их замолчать!»

Ну-ну. Что же делать? Официальным, так сказать, путем мне отсюда не выйти, это ясно как божий день (которого я давно уже не видела). Значит, мне нужен код.

Я пропустила обед. Вместо этого я с маниакальным увлечением изучала все, что было написано рукой Дроздова в этих тетрадях, а также все фотографии в последнем фотоальбоме и даже изданные им книги по растениям.