Онлайн книга «Ты не выйдешь отсюда»
|
Братья сперва посмотрели на меня, а затем друг на друга. Ну да, я в курсе, что у меня странное чувство юмора. Наверное, именно поэтому мои иронические детективы особо не пользуются спросом. Я даже с редактором и шеф-редактором «Улики» как-то поругалась на эту тему. Они постоянно удаляют все мои шутки, однако в чужих сценариях такое оставляют… Ну, я даже не знаю, как это охарактеризовать. К примеру, один эксперт проверяет локализацию телефона и говорит другому: «Иванов во столько-то ходил туда-то… То есть не Иванов, а его телефон, а там уже я не знаю…» А другой ему отвечает: «Как это телефон? То есть телефон приделал себе ножки и потопал по дороге?» И потом еще пятнадцать минут они обсуждают, могут ли телефончики сами бегать, без хозяев. И это при весьма скромном хронометраже в тридцать девять минут. И это при том, что обсуждают такие вещи серьезные взрослые дядьки при погонах. А когда случается чудо и мои шутки все-таки попадают в сериал, они становятся мемами, фанаты сериала начинают всюду их повторять и вырезать клипы из серии с ними. Это еще я скромно умолчала о том, что мои серии всегда побеждают в зрительском голосовании в соцсетях «Лучшая серия недели», «Лучшая серия месяца», а одна из моих серий стала лучшей серией вообще. Но я почему-то все время плохая, пишу как-то не так, мой стиль им не подходит, и нужно безбожно резать все мои диалоги и выправлять все мои сюжеты. С какой-то стороны авторы «Улики» похожи на серийного маньяка, который тоже любит все отрезать и обрубать… Может быть, им пора подумать, что если по соцопросам основная зрительская аудитория сериала женщины, то и юмор и сюжеты лучше доверять женщине-автору, нет? Да, я снова ушла в себя. Это такая защитная реакция, не удивляйтесь. Подумайте лучше, как бы вы сами себя вели, оказавшись на моем месте. Дима тем временем налетал на брата. – Даня, о чем она говорит? Что за трупы в кладовке? – Какая разница, о чем она говорит… – вяло отбивался тот, не глядя в глаза брату. – Ты сам давно туда заглядывал? – встряла я. – Консервы рыбные не брал, нет? Так давай возьмем. Уху сварганим. – Олеся, заткнись, пожалуйста! У меня тут важный разговор! – Ах, ну да, а я как бы не часть этого разговора, так? Великолепно. Ну, может, я пойду тогда, о’кей? – Олеся! – Он резко подошел ко мне и даже замахнулся. Я зажмурилась. Однако ничего не последовало. – Черт! Злясь на самого себя (или все еще на меня, а может, на нас обоих), похититель отошел в сторону. Я думала, братец сейчас что-то выскажет, мол, слюнтяй, девке по мордасам не можешь надавать, но он никак не реагировал на нашу милую перепалку и почти даже драку. Казалось, что он высказался сразу на мой счет и твердо продолжает стоять на своем, при этом не испытывая ни малейшего желания повторяться. Даниил – человек слова. Единожды произнесенного! – Давай отойдем в сторону, – попросил брата Дима. Тот косо посмотрел на меня и нахмурился. – Куда я денусь? – громко возмутилась я, про себя думая: «Хоть бы ушли, хоть бы ушли… Там я что-нибудь придумаю». – У вас сигналка на двери бункера, если вы не забыли! Хотя у меня голова так сильно кружится, вряд ли я преодолею подъем по ступенькам… Меня битой приложили, да? Или кувалдой? Кстати, зачем она вам? – Кто? – хмыкнул Димка. – Бита или кувалда? |