Книга Тени над рекой, страница 108 – Оксана Ласовская

Дождавшись ночи, женщина украла в сестринской халат и маску и опять пришла в реанимацию. Она очень устала от своих неудач, ее начала мучить совесть. Софья Андреевна попросила у Ольги прощения, но все же вколола яд в капельницу. Вот только здесь ее ждали. Очередная попытка убить дочь провалилась. Последняя попытка…

Софья Андреевна замолчала, Женя и Макс тоже не проронили ни звука. Следователь встал и кивнул оперативнику:

— Уведите ее. И отправьте наряд к Артуру.

Не сказав ни слова на прощание, следователь вышел и закрыл за собой дверь.

— Ну вот и все, Женька, — обнял женщину Макс. — Все закончилось.

— Мне кажется, что это страшный сон, — прошептала она. — На что способны оказываются люди… Сначала Егор… Теперь Софья Андреевна… Как можно свою жизнь поставить выше жизни дочери? Я бы умерла для того, чтобы жила Аленка…

— Нормальным людям таких поступков не понять.

— Они тоже казались нормальными, — возразила Женя.

— Ключевое слово «казались». Никогда не знаешь, какая нечисть живет в душе тех, кто кажется нормальным.

— И как теперь верить людям? Не видеть в каждом такую нечисть…

— Просто верить, — пожал плечами Макс. — У нас ведь нет другого выхода, правильно? Если всех и каждого подозревать в чем-то, можно сойти с ума. Значит, нужно верить. В первую очередь в то, что хороших людей все-таки больше. Мне кажется, на твою долю уже хватило беды, теперь все будет хорошо.

Женя ничего не ответила, толькоприжалась щекой к его плечу.

Утром Максим и Женя вернулись домой. По дороге она все размышляла о том, стоит ли рассказывать Алене о сводном брате. Как бы она сама ни относилась к Вадиму, как бы ни было обидно осознавать, что во время их, как она считала, счастливой семейной жизни у него была другая семья, дети ни в чем не виноваты.

— Я думаю, Алена должна знать правду, — высказал свое мнение Максим. — Она уже достаточно взрослая.

— Она еще ребенок, — вздохнула Женя.

— Тебе кажется, что она ребенок. И может, во многом так и есть. Но правда всегда лучше лжи. Как ты думаешь, если лет через пять брат объявится сам, Алена простит, что ты не сказала ей о нем?

— Не знаю.

— Поэтому скажи. Уверен, она все поймет.

— Мне было тяжело осознать это, а каково будет ей?

— Ты не сможешь ее уберечь от всего. И потом, так тяжело, как тебе, ей не будет. Она была совсем крошкой, да и вообще… Это другое.

Женя ничего не ответила. Как ни крути, а выходило, что Макс прав.

Аленка сидела на ступеньке крыльца, потягивая через соломинку сок. После вчерашней грозы на улице заметно посвежело, но холода не ощущалось. Трава оставалась влажной, и очень приятно было опускать в нее босые ноги.

— Ну привет, красавица! — услышала она, подняла голову и обомлела: за калиткой, улыбаясь во весь рот, стоял Сергей.

— Ты откуда здесь взялся?! — забыв поздороваться, воскликнула Алена. — Как узнал, где я живу?

— Так я же тебе билет покупал, забыла? А в деревне отыскать кого-то труда не составляет. Войти можно?

— Конечно! — опомнилась Аленка. — Входи! Может, чаю? У меня печенье есть. Сама пекла, — соврала она и покраснела.

— С удовольствием попробую, — улыбнулся Сергей. Он сразу понял, что Алена врет, но не стал ее конфузить.

Девушка умчалась в дом и через десять минут появилась в беседке с подносом, на котором стоял заварник, две чашки и вазочка с печеньем.