Книга Колье, страница 71 – Татьяна Богатова

— Илонка могла взбрыкнуть, — продолжал Матусевич, — потребовать объяснений от Литвинова. И тем самым окончательно разрушить отношения со Стасом. Она на самом деле любит Стаса. Я до сих пор понять не могу, почему ей взбрело в голову, будто Вадим в неё влюблён. И мне кажется странным, что Арина не рассказала подруге о них с Вадимом.

— В этом как раз нет абсолютно ничего странного.

— Почему?

— Вообще-то, Арина никогда о себе ничего не рассказывает. А Илона, кстати сказать, и не пытается что-либо узнать. Ты же знаешь, Гоша, длятвоей дочери не существует никого, кроме неё самой, её чувств, желаний и потребностей.

— Ты, безусловно, права, — угрюмо согласился Матусевич. — Только вот где они? — произнёс он, имея в виду девушек. — Пора бы им уже вернуться. Неужели Карину не встревожил пожар?

— Мне она показалась более чем странной. Как тебя вообще угораздило связаться с ней?

— Ох, Вета, не сыпь соль на рану.

— Гошка, — покачала головой сестра, — я всегда говорила, походы налево не доведут тебя до добра. Нарвёшься на какую-нибудь пиранью. Так и случилось.

— И как только ты обо всём узнавала?

— Поверь, не специально. Ты, как нарочно, находил любовниц среди женщин, которые так или иначе оказывались знакомыми моих коллег.

— Я сердечно благодарен, что ты держала это в секрете от Людмилы.

— Не за что, — насмешливо произнесла Иветта. — Во-первых, тебе и в голову не приходило уходить из семьи. Во-вторых, после очередной интрижки ты загорался чувствами к Людмиле. Словно сравнивал её с другими, и каждый раз это сравнение оказывалось в её пользу.

— Откуда ты у меня такая проницательная? — горько усмехнулся Матусевич.

— Гоша, я не столько проницательна, сколько внимательна к словам, поступкам. Порой бывает достаточно мимолётного взгляда, чтобы понять, что к чему. К тому же с Людмилой мы всегда были достаточно откровенны.

— Ты пыталась держать руку на пульсе, — вновь усмехнулся Игорь, — чтобы вовремя пресечь мой возможный уход из семьи?

— Я прекрасно знала, этого не будет. Но, как ты правильно выразился, старалась держать руку на пульсе. Мало ли, вдруг ты неожиданно потерял бы голову от какой-нибудь юной красотки. Собственно, так и произошло с Кариной.

— Неправда!

— Все твои интрижки никогда не длились дольше месяца, кроме того, были достаточно редкими. А тут почти три года! Я-то полагала, ты давно оставил свои легкомысленные порывы. А оказалось, Карина — твоя единственная любовница, о которой я и понятия не имела.

— Я и сам не знаю, почему отношения с Кариной продлились так долго, — пожал плечами Матусевич. — Сперва это было какое-то наваждение. А потом стал ими тяготиться. Встречи по договорённости превращались в обязаловку.

— Как я полагаю, устраивала бы она тебе истерики — расстался бы с ней гораздо раньше.

— Вот тут ты права насто процентов! Но Карина оказалась довольно сообразительной. Она, будто опытный игрок, в определённое время отступала, тем самым создавая для меня иллюзию свободы. Затем неожиданно напоминала о себе, причём совершенно ненавязчиво. В редких случаях отказа не таила обиду, ласково прощаясь со мной до следующего раза.

— Ловкая девушка.

— Я и сам не заметил, как она затянула меня в ловушку. Не удивлюсь, если имеются видеозаписи наших интимных встреч.

— Игорь, избавь меня от подробностей!