Книга Избранники фортуны, страница 85 – Татьяна Богатова

— Хочешь сказать, — недоверчиво нахмурился Всеволод, — он перевоспитался?

— Разумеется, нет, — с жаром воскликнула Настя. — Маловероятно, что он сильно изменится. Но ты же сам видел, что сейчас с ним хотя бы можно ладить.

— А вообще-то, — вновь неожиданно вспылил Сева, — при чём тут Дениска? Мы говорили о его папаше, а ты увела разговор в сторону.

— Чего ты на него взъелся? Нормальный отец, который хочет, чтобы своеобразный характер сына не создавал ему проблем в будущем.

— Неужели ты не видишь, чего он на самом деле хочет?! — вскинулся Всеволод, однако вовремя осёкся, не решаясь высказать вслух, что отец Дениса пытался очаровать Настю. — Это же очевидно, что характер сына формируется под влиянием того самодовольного типа, — версия Севы прозвучала более миролюбиво по сравнению с тем, что он собирался сказать вначале. — Тоже мне, пуп земли. Как только он появился, тут же возомнил себя центром Вселенной. И почему, скажи, пожалуйста, его сын должен вести себя иначе, когда перед ним подобный пример?

— Он вовсе не самодовольный, — попыталась заступиться за Анатолия Евгеньевича Настя. — Просто он публичный человек, депутат городского совета, вот и привык быть в центре внимания.

— Насть, — не выдержал Сева, — ты действительно глупая или прикидываешься?! Он же клеит тебя!

— Севка, что ты несёшь?! — возмутилась Настя. — Скажешь тоже, клеит! Это при всех-то?! Дети кругом, жена его опять же…

— Вот именно! Жена, дети: и свой, и чужие, — а ему всё нипочём. Букетики раздаривает, ручки целует! Девчонка ты ещё, Настя, и ничего в жизни не понимаешь. Вот так и попадаются девушки вроде тебя в сети к опытным мужикам. Не успеешь оглянуться, как в постели с ним окажешься. А потом он тебя и знать не захочет. Сына выпустишь, так после этот депутат и не кивнёт при встрече.

— Сева, ты меня достал, — разозлилась девушка, прибавляя скорость, благо трасса в это время была свободной. — Поучаешь, как маленькую! Между прочим, я ни слова не сказала, что тебясегодня на собеседование Алина Ролдугина за руку водила.

— Чего это вдруг «за руку»? — совсем по-мальчишески обиделся Всеволод. — Её попросили. И человек всего-навсего оказал любезность. И вообще… — ехидно осведомился парень, — откуда ты знаешь, как она меня сопровождала? Ты же сразу умчалась, даже не поздоровалась с ней.

— С какого перепугу я должна с ней здороваться?!

— Она дочь приятеля твоего отца.

— И что из этого?! Что мне теперь, надо было кидаться её целовать?!

— Не целовать, а проявить элементарную вежливость.

— Хочешь сказать, она обиделась? Ни за что не поверю! Она и внимания не обратила. Мало ли кто тебя подвёз. И вообще, ты бы и сам справился. Совершенно необязательно было прибегать к её услугам. Даже только во вред, — распалилась Настя.

— Это ещё почему?

— Неужели непонятно? Тебя пригласили, предложили должность. А ты являешься с какой-то там кадровичкой, будто человек с улицы. Зачем, скажи на милость, тебе понадобилась её протекция? Не можешь ответить, — заключила девушка, не дожидаясь реакции брата.

— Во всяком случае, — парировал Сева, — мне не пришлось томиться в ожидании. Меня приняли строго в назначенное время.

— Тебя бы и так приняли! Без этой, как ты её там назвал, любезности.

— А если бы я опоздал к тебе на выручку?

— Да ты и так едва не опоздал, — обвинила его Настя. — Если тебя приняли вовремя, то почему собеседование столько длилось?!