Книга Французский связной, страница 76 – Робин Мур

На платформу вышли еще несколько пассажиров, и в том числе женщина среднего возраста в зеленом пальто в стиле Грейс Келли и желтом платке на голове. Она остановилась совсем рядом с телефонной кабинкой, где стоял Иган. К ней подошел Жеан, и в этот момент его отделяло от детектива не более шести футов. Элегантный француз снял шляпу и заговорил с женщиной. Наверное, спрашивает, в каком направлении ему ехать, подумал Иган, поскольку женщина кивнула, а Жеан, отвесив полупоклон, вернулся ждать следующий поезд. Иган придирчиво оглядел женщину в зеленом пальто, но все-таки решил, что она не более чем прохожая.

На станции с громыханием появился еще один поезд, и лягушатник номер один потихоньку стал продвигаться к нему ближе.

– Вот мы и поехали, кажется, – пробормотал Иган в трубку. Жеан вошел в поезд. – Пока. – Иган положил трубку на рычаг, вышел из будки и поспешил к тому же вагону, что и Жеан.

Михэн и Кэхилл вскочили в поезд каждый со своего конца платформы.

Жеан сидел в переднем углу вагона, безучастно уставившись на рекламные плакаты на противоположной стене. Не считая Игана, в вагоне было только пять или шесть пассажиров. Детектив сел в середине вагона, через проход от лягушатника, отвернувшись в сторону, но твердо держа темную фигуру краем глаза. Когда поезд отошел от станции «Таймс-сквер», Иган посмотрел направо и разглядел в следующем вагоне старавшегося удержать равновесие Михэна; наверное, и Кэхилл был занят тем же в переднем вагоне.

Когда поезд подходил к следующей остановке, «Тридцать третья улица», Жеан поднялся и принялся изучать схему метро рядом с дверью. Иган мрачно усмехнулся про себя: он великолепен. «Вот сейчас двери откроются, он подождет до последней секунды, и бах! – соскочит с поезда, а я, как он, видимо, считает, останусь сидеть здесь, словно болван». Хорошо бы и другие были готовы действовать.

Двери открылись. В вагон вошел мужчина, пройдя мимо Жеана, но тот не двигался с места. Его действия откладывались до последней секунды. Затем, когда двери со свистом начали сдвигаться, Жеан вставил трость между их резиновыми кромками, и все двери открылись снова. Тогда француз быстро вышел из вагона, вслед за этим Иган бросился через вагон и успел выскочить в другую дверь, когда двери снова начали закрываться. На лице у Игана появилась ухмылка.

Но она держалась недолго. Где Жеан? Его нигде не было видно. Михэн и Кэхилл тоже вышли на платформу и двигались к Игану. Поезд начал отходить от станции. На платформе, кроме троих детективов, никого не было. И тут в окне вагона появилась знакомая фигура. Лягушатник номер один чуть наклонился к окну, улыбаясь, и изящно помахал офицерам рукой, затянутой в перчатку. Через мгновение поезд с грохотом исчез в черном туннеле метро, и Жеан исчез вместе с ним. Быстро перекрыть все выходы на длинной линии метро полиции было не под силу.

К ночи в субботу, 13 января, стало ясно, что Жан Жеан не вернется в отель «Эдисон». Франсуа Барбье и Муран также нигде не были замечены. Офицеры из Бюро по борьбе с наркотиками, прикрывавшие отели, в которых останавливались французы, подозревали, что трио лягушатников перегруппировалось, а возможно, даже собирается покинуть страну.

Другие офицеры продолжали наблюдать за Пэтси Фукой, но в субботу он не выходил из своего дома в Бруклине весь день. Детективы наблюдали за его женой, ездившей по магазинам, за отчимом Барбары и за Тони, братом Пэтси, которые вдвоем работали в закусочной на Бушвик-авеню. Только около шести часов вечера, отдохнув как следует после тяжелой ночи, наконец показался Пэтси. Он вышел из дома на Шестьдесят седьмой улице и сел в серый «кадиллак» 1956 года, принадлежавший его другу Ники Травато. Поздно вечером в пятницу, в то время когда Пэтси увлек полицию в погоню в духе Кистоун Копс[16]по центру Манхэттена, офицеры, наблюдавшие за Травато, видели, как он проехал на «кадиллаке» четыре квартала от своего дома до Шестьдесят седьмой улицы и оставил его там.