Онлайн книга «Человек-кошмар»
|
Его сестра Эмили спала в другом конце комнаты. Брат Девон – в спальне дальше по коридору. Его предупредили, чтобы он их не будил. Бен выскользнул из-под одеяла. На полу – тени от лунного света. Они показались ему пальцами, а не ветвями дуба, росшего снаружи. Дедушка Роберт ждал его на площадке третьего этажа. Весь окутанный клубами табачного дыма с запахом ванили. Пламя свечи в правой руке подчеркивало морщины на щеках, седую щетину и ярко-голубые глаза. Свободная рука покоилась на перилах, которые, изгибаясь, уходили в темноту. Когда они добрались до площадки второго этажа, пламя свечи заколебалось и погасло. Внезапная тьма слегка напугала Бена, но это продлилось недолго. С ловкостью искусного фокусника дедушка запалил фитиль зажигалкой «Зиппо», которую Бен узнавал по звуку и запаху, но так ни разу и не видел, как она покидает карман дедова халата. Дедушка Роберт улыбнулся Бену и, ссутулившись, продолжил спускаться на первый этаж, держа бронзовый подсвечник так уверенно, словно был вдвое моложе своего возраста. На цыпочках они прокрались мимо закрытой двери, за которой спали родители Бена. Ветер давил на стены дома, и Бен словно слышал чей-то шепот. Полы скрипели, и ему чудились шаги. Рука скользила по резным перилам, пока они спускались по главной лестнице, лениво закручивающейся спиралью к прихожей вокруг низко висящей люстры с канделябрами, освещавшей мозаичный пол. Бен двинулся вслед за дедушкой по темному коридору. Стены здесь, как и почти повсюду в этом доме, были от пола до потолка заставлены книжными полками, а по хорошо смазанным направляющим легко скользили лестницы, позволявшие моментально добраться до любого экземпляра обширной и эклектичной коллекции особняка. В комнате в конце коридора Бен увидел лунный свет. Он услышал пение птиц. Дойдя туда, он притворился тенью своего деда. Комната с деревом без листьев. С книгами без слов. Глава 3 Детектив Миллз уснул в конференц-зале, откинувшись на спинку кресла и похрапывая, прямо над бумагами и фотографиями по делу Питерсонов, разбросанными по столу в таком беспорядке, словно по ним пронесся торнадо. Из сна его вырвало появление в дверях шефа полиции Гивенса. – Миллз! Иди домой и поспи немного. То же самое ему сказала Блу, когда двадцать минут назад уезжала из участка. Шеф Гивенс резко качнул головой. – И это приказ. Блу тоже командовала им – как дочь отцом. Умный уход от вопроса, заданного ей перед тем, как она покинула конференц-зал. Я могу увидеть внуков?Пауза, выдох, отведенный взгляд. Ни «да», ни «нет», ни «возможно». Только… «Иди домой и поспи немного». По пути к машине Миллз успел зевнуть дважды. Пять миль до дома тащился медленно, то и дело моргая и широко открывая глаза – этот ритуал он завел много лет назад, чтобы не задремать за рулем. По радио играла песня «Роллинг стоунз» Sympathy for the Devil – отличный заголовок для фотографий, оставленных в конференц-зале. С тех пор, как они нашли в сарае порубленную на куски и засунутую в коконы семью Питерсонов, прошло уже две недели, а зацепок по-прежнему не было. Сами убийства произошли в доме. На кухне, в верхнем и нижнем коридорах, на лестнице и во всех спальнях второго этажа полиция обнаружила кровавые отпечатки ботинок сорок седьмого размера. Самые заметные из них – в столовой, где тела, скорее всего, и зашили на столе в коконы, после чего одно за другим перетащили в амбар. На кухонном столе также нашлись четыре мертвых мотылька. Еще с полдесятка живых порхали в закрытой спальне Питерсонов. |