Книга Один в поле клоун, страница 31 – Анастасия Хомина

За ужином Ксюша, с грустью в голосе, сказала:

— Владлен Дмитриевич, меня в отпуск отправил. Сказал, что я давно не отдыхала. А я не хочу. Что я буду делать без работы? — размазывала она пюре по тарелке.

Да, видимо он не шутил, когда говорил про увольнение и в качестве немого предупреждения мне, отправил Ксюшу в отпуск. Ну, погодите, господин Суханов, никто не имеет права обижать моих близких. Найду я вам настоящего преступника, посмотрим, как вы потом запоете. Будете тогда у нас прощение вымаливать, и я ещё подумаю, простить вас или нет. Внутри меня все кипело, но я весёлым бодрым голосом воскликнула:

— Так это же прекрасно!

— Ты серьезно? — недоверчиво подняла на меня глаза Ксюта.

— Конечно. Отдохнёшь наконец-то по-человечески. Завалишься с книжкой на диван или с пультом от телевизора.

— Правда, мам, это хорошая новость. Ты наконец-таки сможешь сводить нас в зоопарк или в цирк, — поддержала меня Юля, усмотрев в сложившейся ситуации свою выгоду.

— Точно, — поддакнул Тимка. — Хотя я бы лучше посетил выставку роботов. Говорят, там столько всего интересного.

— А мне ты почему не сказал? — удивленно покосилась я на сына.

— Ты работаешь, ведёшь хозяйство: готовишь, стираешь, убираешь. Я же вижу, как ты устаешь. А это к тому же в Москве. Займет полдня, не хотел тебя напрягать, — ответил он тихо.

Какой же у меня замечательный сын. Борясь с нахлынувшими эмоциями и проглотив комок в горле, я приобняла Тиму за плечи:

— Решено, в субботу едем на выставку.

— Правда? — посмотрел он мне в глаза с затаенной надеждой.

— Правда, — заверила я.

— Ну вот, а ты мамуль, не знаешь чем заняться. Видишь сколько у тебя теперь дел. А если тебе мало, то можешь генеральную уборку сделать. Я на днях с трудом нашла ролики на антресолях, — нагло заявила Юлька.

— Вот и навела бы там порядок, — возмутилась я. — У тебя же каникулы.

— Каникулы для отдыха.

— Ты и во время учёбы не сильно напрягаешься. У кого тройка по математике за год? — укорила я.

— Не виновата я, что ко мне училка придирается, — надулась Юлька.

— Не придумывай, делать ей больше нечего, — хмыкнула я, откусывая сразу половину отбивной.

— Тише, тише, — рассмеялась Ксюта. — Разберемся и с антресолями, и с тройкой. У меня есть знакомая, она превосходный репетитор. Завтра же ей позвоню.

— Ну, мам, — заканючила Юля. — Каникулы ведь.

— Не мамкай. И вообще, давайте хоть поужинаем спокойно, день выдался не простой.

— Чай кто будет? — примирительно спросила я, дожевывая остатки ужина.

— Я, — воскликнули все в унисон.

Выпив по кружке вкусного чая с листьями смородины и мяты, мы разбрелись по комнатам. Выходные были настолько насыщенными, что даже дети не стали как обычно делить компьютер между собой и сразу улеглись в кровати.

Утром, отсидев положенную планерку и получив рабочие задания на неделю, я поехала на улицу Рокоссовского. Вчера я расспросила Ксюту о людях, которые оказались подозреваемыми. Она, конечно, удивилась, зачем мне эта информация, но лишних вопросов задавать не стала. Ксюта вообще человек достаточно не любопытный.

Суханов уверен, что угон совершил кто-то из тех, кто остался ночевать в особняке. Значит, надо узнать о них — чем живут, чем дышат, наверняка вылезет какой-нибудь скелет. И начну я с наглой девицы Кати. Ксюта однажды отвозила ей документы и, проплутав полтора часа по необъятным улицам и переулкам, запомнила ее адрес надолго.