Книга Один в поле клоун, страница 48 – Анастасия Хомина

— Ты же сама сказала, что не будешь есть траву, — напомнила я девочке.

— Я такого не говорила, — топнула она ногой.

— Девочки не ссорьтесь, — примирительно сказала Ксюта.

— Я что, по-твоему, глухая? — возмутилась я ее наглости.

— Ты сама это сказала, — пожала девочка плечами.

— Так что, налить тебе? — решила я пропустить ее хамство мимо ушей, чтобы не портить себе настроение.

— Нет, — надула Юля губы.

— Как хочешь, — равнодушно бросила ей и отвернулась к окну.

— Так да? Назло тебе попробую, — схватила она кувшин с лимонадом.

Боюсь представить, что будет, когда наступит пубертатный возраст. Я вздохнула и начала мыть стаканы. Дети побежали собираться в кино. Ксюша красила ресницы в ванной.

Через двадцать минут в квартире наступила блаженная тишина. Я натерла специями и солью тушку курицы и поставила ее в духовку. Конечно, нужно отправлять куренка в разогретую духовку, но я забыла включить ее заранее, поэтому сделала огонь на максимум, вот минут через пятнадцать духовка разогреется, и я уменьшу газ до положенных двухсот градусов, а пока что устроюсь удобно на диване и поработаю.

Вот только планам моим не суждено было сбыться. В дверь позвонили, и я возмущённо закатив глаза, пошла в прихожую: наверняка кто-то из домашних что-то забыл и решил вернуться.

— Добрый день, Александра, — на пороге, переминаясь с ноги на ногу, стоял Владлен Дмитриевич Суханов.

— Что вы тут делаете? — удивилась я, увидев нежданного гостя.

— Мимо проезжал, — оскалился он.

Ага, мимо. Перепутал магистраль и нечаянно выехал к Александровке. Я недовольно нахмурилась.

— Будете держать на пороге? — поднял он бровь.

Если честно, хотелось захлопнуть дверь перед самым его носом, но я посторонилась и сказала:

— Проходите.

— Мило у вас тут, — сказал он, осматривая интерьер.

Мы прошли в комнату, котораяслужила одновременно гостиной и нашей с Ксютой спальней. Огибая разбросанный повсюду хлам, Владлен, чуть было не растянулся посреди коридора, а я злорадно пожалела, что этого не произошло. Никогда не была кровожадной, но столько проблем моей семье еще никто не доставлял. Инстинкт сработал сам по себе, не обращая внимания на принципы хозяйки. Чай или кофе я тоже не стала предлагать, надеясь, что нежданный собеседник скоро покинет недра моей квартиры.

— Собирайтесь переезжать? — поинтересовался он, вальяжно устраиваясь на диване.

— Нет, делаем уборку, — пристроилась я в кресле.

— Вы что этот хлам с рождения собирали? — хмыкнул он.

— Вам то, какое дело? — обозлилась я окончательно. Хорошее настроение исчезло без следа.

— По вежливее можно? — сузил он глаза.

— А то что? — спросила я с вызовом.

— Почему Алексадровка, почему не Москва? — неожиданно спросил он.

— Так сложилось, — пожала я плечами. Не объяснять же ему, что жилье, которое дает государство сиротам они не выбирают, но почему-то начала оправдываться. — Здесь воздух чище, для здоровья детей это важно, а до Москвы на электричке час добираться, люди дольше в пробках стоят, так что тут ничем не хуже.

— Сколько у вас комнат? — поинтересовался он.

— Две, — нахмурилась я, не понимая к чему столь странные вопросы.

— Как же вы тут с детьми живёте?

Разговор начал меня напрягать, поэтому я довольно резко ответила:

— Прекрасно. У детей своя комната, у нас с Ксюшей своя. Нам хватает.