Книга Один в поле клоун, страница 67 – Анастасия Хомина

— Будьте…, — вежливо начала она и завизжала не хуже сирены. — Чума, зараза, проказа.

— Мать, чё визжишь? — оглянулся на нее, стоящий впереди, коротко стриженый амбал. Окинув нас взглядом, он остановился на меня, замер и попятился.

— Ты чего пихаешься? — взвизгнула стоящая рядом с ним девица.

Парень ткнул пальцем в мою сторону и по магазину пронесся ещё один визг.

— Чума, спид, ветрянка, — орала несвязно девица.

Вот при чем тут все вышеупомянутые болезни?

— Я не заразная, — рявкнула я.

— Чума, холера, — визжали в два голоса девушка и старушка.

— Колька, — заорала кассирша.

На горизонтепоявился охранник.

— Чё? — лениво спросил он. — Опять бомжи водку тырят?

Женщина ткнула в меня пальцем.

— Твою…, — вылупился на меня мужчина.

— Это краска, — поспешила объяснить я, затягивая маску до самых глаз.

— А зачем тогда тебе защита? — взвизгнула старушка, бросая товар, и кинулась к выходу из магазина. Девица последовала ее примеру.

— Реально краска? — заржал шкафообразный парень.

— Да, — ответила я ему. — Вы продаете некачественный товар, а потом обвиняете в заразности, — зло уставилась я на кассиршу. — Это ваша продукция так меня изуродовала.

— Я вообще вас ни в чем не обвиняла, — возмутилась она.

— Чё за товар? — полюбопытствовал парень.

— Чипсы со вкусом чернил осьминога, — пожаловалась я.

— А ещё есть? — посмотрел он на кассиршу.

— Не знаю, — опешила женщина. — Надо на полках смотреть.

— А ну покажи где они у вас, — велел он охраннику.

— А зачем они тебе? — глупо поинтересовалась я.

— Пацанов хочу развести. Ты только скажи чем это смыть?

Я потрясла спайкой лимонада.

— Чё, реально? — вылупился он.

— Угу, — мрачно кивнула я. — Не одно мыло не берет эту гадость. Спасибо, сын додумался до такого способа.

— Молоток пацан, — похвалил парень. — Пошли, — кивнул он охраннику.

Они направились вглубь магазина. Кассирша, опасливо косясь на мою маску, молча пробила товар и я, наконец, смогла покинуть магазин, сожалея, что так и не увидела продавца, всучившего мне чипсы.

Дома мы все умылись колой и спустя полчаса, наконец, улеглись в кровати. Уставшая за день я вырубилась в считанные секунды.

Трель будильника ворвалась в мой мозг, заставив подскочить с дивана. Я потрясла головой, отгоняя сон. Ночь пролетела в секунду. Потирая на ходу глаза, направилась в ванну и наткнулась на весело щебетавших детей.

— А вам чего не спится, — сонно удивилась я. — Июнь, каникулы.

— А мы опять в аквапарк собрались, — наперебой загалдели они.

— Мама обещала свозить, — добавила Юля.

— Понятно, — начала я умываться. — Так, стоп, а когда весь этот хлам уберется?

— Вот у тебя завтра выходной, ты и поможешь, — заявила Юлька.

Да уж, всевышний с лихвой отвесил ей наглости. Во взрослой жизни точно не пропадет. Махнув рукой на бесполезный спор, я принялась дальше собираться на работу.

Планерка прошла быстро и спокойно. Начальство было в предвкушении выходных и запланированной рыбалки. Быстро отчитавшись и сдав работу, все разбежались по своим делам. Не переставая названивать Владимиру, я решила наведаться к его дому. Адрес мне дала Лиля, и я поехала на Полежаевскую.

Владимир Юрьевич проживал в серой блочной многоэтажке конца двадцатого века. Снаружи дом смотрелся вполне прилично, радуя глаз свежевыкрашенным фасадом. Зато внутри подъезд напоминал поле битвы после второй мировой: облупившиеся стены, отбитые ступеньки, с потолка свисали побитые лампочки, а окна украшал толстый слой паутины. Поднявшись на четвертый этаж, я позвонила в звонок квартиры. На третьей трели дверь распахнулась, предъявив взору хозяина в спортивном костюме.