Книга Ложка яда для носорога, страница 27 – Анастасия Хомина

— Что с ним? — всхлипнула я.

— Вы, главное, не волнуйтесь, — предостерегающе сказал он, от чего мне стало еще хуже. — Максим Витальевич и Иван Георгиевич сейчас находятся в реанимации.

— Как? — побледнела я, чувствуя бешеный стук сердца.

— Все самое страшное уже позади, — успокаивающе произнес заведующий. — Их успели вовремя доставить к нам. Да, состояние тяжелое, но кризис миновал. Оба пациента находятся под наблюдением опытных врачей, а их состояние курирую я.

— Могу увидеть Макса? — встревоженно спросила я и залпом осушила остатки воды.

— Сегодня, к сожалению, нет. Оба пациента без сознания. Как только они придут в себя, их переведут в обычную палату, и тогда я разрешу их навестить, — пообещал Борис Федорович.

— Не надо в обычную палату, — быстро заявила я. — У вас есть платные одноместные палаты?

— Да, — удивленно вскинул он брови.

— Тогда я хочу оплатить две палаты, — уверенно заявила я.

Некогда распускать сопли, пора брать ситуацию под контроль. И пока Макс не может позаботиться о себе сам, это сделаю я. Когда сама неоднократно попадала в больницу,Максим делал все, чтобы я чувствовала себя максимально комфортно, настала моя очередь проявить заботу.

— Александра, я не буду вас разубеждать, но знайте, что отношение медперсонала к платным и бесплатным пациентам в моем отделении одинаковое, — хмуро сказал он и недовольно поджал губы.

Да, как же, знаем — плавали! В тех больницах, где мне довелось лежать, все абсолютно по-другому. В бесплатной палате медсестру не дождешься, а в платной они успевают даже надоесть.

— Одинаковое отношение или нет, но я хочу, чтобы Макс лежал в отдельной палате, — решительно сказала я и добавила: — И Иван тоже.

— Будь по-вашему, — согласился заведующий.

Я окончательно успокоилась и наконец задала самый важный вопрос:

— Так что с ними произошло?

— Вам коротко или подробнее? — усмехнулся он, заметив перемену моего состояния.

— Подробнее, но понятным языком, — потребовала я.

— Попробую, — вздохнул Борис Федорович. — Вы когда-нибудь слышали о препарате керматизим?

— Нет, — удивилась я.

— Может, Максим или Иван его принимают? — уточнил он.

— Макс точно нет, — уверенно ответила я, зная, что у друга нет проблем со здоровьем. — А насчет Вани не знаю. Этот вопрос лучше задать его жене.

— К сожалению, кроме вас, никто не обеспокоился состоянием моих пациентов, — вздохнул мужчина. — А их сотовые телефоны выключены и запаролены. Единственное, что позволило выяснить их данные, это наличие водительских удостоверений.

— К сожалению, у меня нет ее номера телефона, но я обязательно найду и сообщу о случившемся, — нахмурилась я.

Как получилось, что жена Вани, милейшая женщина Маша, не запаниковала, потеряв мужа практически на сутки? Странно!

Словно прочитав мои мысли, Борис Федорович сказал:

— Удивительно, что ее не заботит местонахождение супруга.

— Всякое может быть, — угрюмо возразила я.

Я тоже оставалась бы в неведении, не назначь мне Макс свидание в том злополучном заведении.

— Предположим, что ни Максим, ни Ваня не употребляют этот препарат, что тогда это значит? — спросила я, кинув взгляд на кувшин с водой.

Борис Федорович правильно расценил мой взгляд и, налив воду в стакан, протянул мне.

— Наше сердце — самый важный орган. Если оно перестает биться, это приводит сами понимаете к чему. Чтобы его запустить,нужен ряд профессиональных манипуляций. Чаще всего — применение дефибриллятора. Но есть люди, которым такое вмешательство скорее навредит, чем поможет. Для этого врачи скорой помощи проводят мониторинг сердца. Человеку, которому противопоказано такое вмешательство, пускают по вене специальные препараты и проводят запуск сердца вручную. Один из таких препаратов — керматизим. Помимо этого, керматизим выписывают людям с определенными проблемами, но его применяют в совершенно другой дозировке и виде. Нарушение инструкции может усугубить состояние человека и привести к остановке сердца, — вздохнул мужчина.