Книга Ложка яда для носорога, страница 72 – Анастасия Хомина

— Сашенька вернулась, — бодро вскочила она и втянула меня на кухню.

— Здравствуйте, — выдавила я из себя, рассматривая Василия.

Мужчине можно было дать лет шестьдесят. Больше всего он напоминал заварной пончик, такой же пухленький и румяный. Вася выбрался из-за стола и отвесил мне поклон.

— Все, Васька, завязывай со стихами, мне пора кормить Сашеньку, — заявила Перпетуя.

Я хихикнула. Допустим, Сашенька и сама может покормиться, это совсем не обязательно делать в тишине. Я хотела было уже возразить, что сама прекрасно справлюсь с этой задачей, но наткнулась на умоляющий взгляд старушки.

— Перпетуечка, —возмутился Василий, — я только начал. Тебе совсем не интересно?

Ничего себе только начал. Насколько я поняла со слов детей, он тут уже два часа развлекает Перпетую Арнольдовну. Но, судя по ее лицу, старушке не только не интересно, но и крайне поднадоело творчество свалившегося на ее голову кавалера.

— А давайте вы ей эти стихи пришлете эсэмэской, — обворожительно улыбнулась я, спасая Перпетую Арнольдовну.

— Вы что? — возмущенно заголосил мужчина. — Разве можно письменно передать все те эмоции, которые я хочу донести до этой прекрасной женщины?

Прекрасная женщина покраснела и, кажется, готова была схватиться за сковородку.

— Тогда давайте в другой раз, — примирительно улыбнулась я, отодвигая опасный предмет подальше от Перпетуи Арнольдовны. — Если честно, я очень устала и хотела бы отдохнуть в тишине.

— Тишина для неодаренных. Вы только послушайте, — Василий прокашлялся и выдал:

Перпетуя Арнольдовна взвыла, дети заржали, я схватилась за голову, а Вася уставился на нас волком. Того и гляди проглотит, как козлят, и пойдет гулять по лесу.

— Вы бездарные люди, которые ничего не понимают в творчестве, — резко заявил он и развернулся, чтобы уйти.

— Спасибо, что починил пылесос бездарным, — оскалилась Перпетуя Арнольдовна.

Василий нахмурил брови и бросился в прихожую. Спустя минуту мы услышали, как хлопнула входная дверь.

Перпетуя Арнольдовна закатила глаза и выругалась.

— А нам можно так говорить? — восхитились дети.

— Нет, — рявкнула я и не без возмущения посмотрела на старушку.

— Пирог будешь? — широко улыбнулась она.

Я осуждающе покачала головой, но ответила:

— Буду.

Перпетуя Арнольдовна заметалась по кухне, ставя передо мной блюдо с пирогом, кружку, тарелку, кофейник и столовые приборы. Дети тоже не остались в стороне и заявили, что хотят еще пирога.

— Неплохой кавалер, — усмехнулась я, откусывая от теплой выпечки, и удивилась. — С чем он?

— С трухлявой пылью, — заявила старушка.

Я опешила и осмотрела пирог со всех сторон.

— Она про пирог, — шепнула Юлька.

— С курицей и сыром, — отмахнулась Перпетуя Арнольдовна.

— А до этого о чем речь шла? — подозрительноприщурилась я.

— О Ваське этом ненормальном, — взорвалась старушка. — Это ж надо было мне додуматься ему позвонить. Лучше бы я Кентавра позвала.

Я подавилась кофе и закашлялась. Тимофей заботливо постучал мне по спине и спросил, опередив:

— Кто такой Кентавр?

— Вам лучше не знать, — выдала она загробным голосом.

Я содрогнулась и перевела тему:

— Пирог — объедение!

— Обычный заливной пирог, — отмахнулась Перпетуя Арнольдовна.

— Он как облачко: пышный и мягкий, — похвалила я старушку. — У меня такой не получается.