Книга Ложка яда для носорога, страница 89 – Анастасия Хомина

— А Николай сам не может приехать за ними? —удивилась я.

— Сегодня, к сожалению, нет. У Коли больная мама, а у сиделки выходной. Он не может оставить ее одну, — пояснил Никулин.

После этих слов я призадумалась. Больного человека тяжело содержать. Лекарства сейчас недешевые, а еще и услуги сиделки нужно оплачивать. Интересно, откуда у Коли столько денег? Только если он не…

— Так вы можете нас выручить? — не дал мне додумать Виктор Петрович.

— Конечно, — бодро отозвалась я, прикидывая, сколько времени мне нужно на сборы и дорогу до работы. — Получится подъехать часа через три. Не поздно будет?

— В самый раз, — согласился Никулин.

А я обрадовалась, что день не пройдет даром. Мало того что, не напрягаясь, получила адрес Николая, так еще и узнаю, есть ли повод подозревать его. Пока больная мама — аргумент не в его пользу, как бы жестоко это ни звучало. Ведь где-то надо брать деньги на лечение. Возможно, именно ему Никулин и предложил подзаработать, устраивая беспорядки на станции конкурентов. Тем более эти дни он не появлялся на работе.

Телефон снова зазвонил: Ваня.

— Привет, — обрадовалась я приятелю.

— До тебя вообще реально дозвониться? — возмущенно буркнул тот.

— Как видишь, — пожала я плечами.

— Вижу, что не спешишь со мной разговаривать, — вызверился Иван.

Если быть откровенной, то раньше мы вообще не созванивались, поэтому его претензии необоснованные. А судя по тому, что Ваня уже с ума сходит в больнице от безделья, неудивительно, что брюзжит похлеще старика. Поэтому я не стала обращать внимания на его возмущение и бодро поинтересовалась:

— Как ты себя чувствуешь?

— Вспомнила наконец-то, — воскликнул мужчина. — Сделай так, чтобы меня выписали.

— А что врач говорит?

— Еще несколько дней я должен пробыть под наблюдением. А я не могу уже видеть эти стены, — рявкнул он.

— Раз врач говорит, что еще нужно наблюдаться, значит, нужно, — не пошла я на поводу у Вани.

— Вы с Машей сговорились? — возмутился он.

— Нет, просто это называется здраво мыслить, — фыркнула я, перебирая одежду в шкафу, чтобы выбрать, в чем ехать на СТО, а затем к Николаю.

— Ты можешь приехать? — неожиданно выдал приятель.

Я замешкалась с ответом, раздумывая, успею ли попасть сегодня к Ване.

— Все понятно, — буркнул он. — Никому я не нужен.

— Приедуя, приеду, — поспешно заверила Ивана. — Только после обеда, возможно, даже ближе к вечеру.

— Почему?

— На работу сегодня нужно, — сказала я правду. Ване ведь не обязательно знать, что речь идет не про основную мою деятельность.

— Ладно, — не стал он больше возмущаться.

— Что тебе привезти? — спросила, натягивая на себя узкие черные джинсы.

— Коньяк, — выдал приятель.

— Хорошо, — отозвалась, запутавшись в рукавах толстовки, я, и, только когда нашла выход, до меня дошло, о чем попросил Ваня. — Какой коньяк? Ты же в больнице!

— Напьюсь с горя, — развеселился тот.

— Я тебе напьюсь, — угрюмо буркнула в ответ. — Ладно, сама решу, что купить. Жди и не ссорься с медперсоналом.

Я отключилась и поспешила в ванную. Мне предстояло всунуть в глаза ненавистные линзы и сделать неброский макияж серой мышки, а еще собрать с собой все необходимое, чтобы перед посещением Вани избавиться от образа уборщицы.

Погода сегодня радовала. На улице светило солнышко, было по-весеннему тепло. Это придало мне оптимизма, и на СТО я приехала в хорошем расположении духа. Поздоровавшись с коллегами, направилась в кабинет Никулина. Виктор Петрович, активно жестикулируя, разговаривал по телефону и жестом пригласил присесть на стул. Я подождала, пока хозяин кабинета закончит переговоры, и поздоровалась.