Книга Тайна цветочного рая, страница 49 – Дарья Калинина

— Какие у вас, мужчина, восхитительные розы. Где вы такие раздобыли?

Узнавая, что розы выросли сами, будучи посажены много лет назад на пригородном участке, все поголовно были поражены.

— Чудо что за розы!

И похвала была совершенно заслуженна. Была среди роз «Императрица Фарах» с причудливо загнутыми лепестками. Была «Глория Дей», прославленная роза, которую французы приурочили к победе над фашистской Германией и освобождению своей Родины. Были многочисленные «Принцессы», «Герцогини» и просто «Леди». Розы в руках у Николая Трофимовича благоухали на весь вагон, все ехавшие рядом женщины ахали, восторгались и строили предположения, кто та счастливица, которой предназначены эти цветы.

— Вы сами их вырастили! Какой вы молодец. Просто волшебник! Моего мужа вот даже простенькую маргаритку не заставишь вырастить. Ему для меня даже календулу вырастить жалко, а уж она растет словно сорняк. А вы для своей жены розы! Да еще такие прекрасные.

В другой раз Николай Трофимович чувствовал бы себя польщенным, но сегодня ему было решительно все равно. Все его мысли были заняты только той единственной, которой, как он был уверен, грозит опасность. Не будучи уверен, что одних лишь роз, которые к тому же Оксана Юрьевна лицезрела самоличноне далее как сегодня ранним утром, будет достаточно, он завернул в ее любимую кондитерскую и купил сладкий гостинец. Потому он и задержался на те несчастные несколько минут, которые позволили супругам разминуться.

Оксана Юрьевна поспешила на вокзал, а Николай Трофимович, проигнорировав лифт, начал подниматься пешком по лестнице. Ему необходимо было еще немножко отрепетировать свою речь, с которой он надеялся обратиться к жене. Он придумывал ее всю дорогу до города, но в последний момент почувствовал, что речи не хватает какой-то мелочи, которая сможет зацепить внимание жены и позволит ему успокоить ее.

— Может, все еще обойдется. Не надо поддаваться панике. Медицина так далеко шагнула вперед за последнее время, что есть надежда.

Не доходя до своей квартиры одного пролета, он остановился. Все было не то. Его словам не хватало чего-то очень важного. Потоптавшись на ступеньке, Николай Трофимович так ничего и не придумал. И, решив, что главное ему увидеть жену, а там вдохновение само подскажет, что ей сказать, он позвонил в дверь. В тишине лестничной клетки звонок прозвучал оглушительно. Но дверь никто так и не открыл.

Николай Трофимович разволновался еще сильней.

— Да что же это такое. Что с ней могло случиться?

Но, вспомнив, что жена говорила, будто бы хочет лечь спать, отругал самого себя.

— Вот я олух! Трезвоню! А она вымоталась, отдыхает. Какой же я эгоист.

Но тут возникал вопрос: если жена закрылась изнутри на задвижку, то ему никак будет снаружи в квартиру не попасть. Ни на что особо не надеясь, а скорее испытывая последний шанс, Николай Трофимович достал ключ, и замок бодро щелкнул, открываясь.

— Не понял. Она что, ушла куда-то?

С невесть откуда взявшейся прытью он обежал всю квартиру и окончательно убедился, что жена его в самом деле отсутствует.

— Наверное, в магазин пошла. Или в аптеку. Точно! В аптеку она и пошла. Вот глупая, куда ей в таком состоянии еще по аптекам ходить. Позвонила бы мне. Я бы приехал, в аптеку сходил и все ей купил. Но нет, все сама, все сама, вот характер!