Книга Тайна цветочного рая, страница 93 – Дарья Калинина

— Посуди сама, — сказал он, — разве я могу оставить в живых свидетеля, который знает, кто я такой на самом деле? Не для того я истратил целое состояние на пластику своей морды, еще одно состояние отдал тем, кто сделал мне пакет новых документов. И еще одно состояние перешло в руки Кристины, которая согласилась считать меня своим братом, благо прятался я все это время под носом у своих врагов. А теперь Роберт раскопал, что я — это я. Они с Авелиной вздумали меня шантажировать. Да еще он впутал в это дело вас с подругами. Еще немного— и он оповестил бы об этом всех вокруг. А мне воскресать совсем нежелательно. В мире еще достаточно тех, кто хотел бы поквитаться со мной.

— И вы теперь меня хотите убить? Чтобы сохранить свою тайну?

— Не только тебя. Всех, кто так или иначе причастен. Боюсь, что Кристине тоже придется умереть. Она состарилась и стала мне изрядно надоедать. Да и вся ее благотворительность обходится слишком дорого. Как ее единственный наследник, заберу капиталы снова в свои руки. Хватит мне прозябать в безвестности. Хватит с меня возни с лошадьми. Пора снова приниматься за настоящие дела. Где-то я даже благодарен Роберту за то, что он подтолкнул меня к действиям.

— Если благодарны, тогда пощадите нас с ним.

— Нет. Так далеко моя благодарность никогда не заходит.

И Оля увидела черное дуло, направленное на нее. Она попыталась бежать, но куда там. Она даже дернуться-то толком и то не могла. Роберт навалился на нее всем весом своего тела, выбраться из-под него было невозможно.

— Прощай, глупая ты женщина! Сидела бы дома, цела была бы. А так…

И не договорив, Антон нажал на курок.

Прозвучавшего выстрела Оля не услышала. И это ее слегка удивило. Она хоть и зажмурилась, но полагала, что все равно заметит, когда ее убьют. Однако ничего особенного с ней не произошло. Никакой легкости и парения под потолком, никакого длинного тоннеля и светлых фигур ее давно усопших родственников.

Как лежала она на опилках, которые безбожно кололи ее голую поясницу с задравшейся футболкой, так и продолжала лежать. И Роберт Владленович тоже никуда не делся. Давил на нее сверху всем своим весом так, что Оля уже едва могла дышать. Запаса кислорода в легких оставалось совсем чуть-чуть.

Зато вместо выстрела раздались другие звуки. Крики, топот ног, а потом в конюшню вбежали люди. Очень много людей. Все они были в камуфляже, бронежилетах, и головы их защищали массивные шлемы с надежными забралами. Кто-то кинулся поднимать и осматривать Роберта, кто-то крутил яростно сопротивляющемуся Антону руки, кто-то сообщал по рации о том, что операция прошла успешно, но у них имеется один раненый.

Немного придя в себя и отдышавшись, Оля уяснила, что ее переселение в иной мир временно откладывается и вновь можно сосредоточиться на делах земных.

— Роберт? Как он? Он жив?

Но на нее никто не обращал никакого внимания, словно бы ее вовсе тут не было. Оле даже показалось, что все эти люди недовольны тем, что она тут, потому подчеркнуто ее игнорируют и не обращают на нее никакого внимания. Оля вышла на свежий воздух, чтобы прийти в себя. На улице ее немного обдуло ветерком, сразу стало легче. Потом откуда-то появилась Катя. И что самое интересное, она тоже смотрела на Олю с осуждением.

— Ты чуть было не запорола нам всю операцию, — заявила она.