Книга Секрет Аладдина, страница 75 – Елена Логунова

— Я потолстела, да? —ощупав свои бока, с пристрастием спросила я Дениса.

Эмоции на лице любимого отразились в такой богатой гамме — терменвокс отдыхает! И врать ему было неохота, и правду сказать страшно.

— Ну-у-у… — начал он, затягивая слово и момент неминуемой расплаты, но тут в поле зрения очень удачно вплыли британские дамы фасона «дирижабль», и хмурое чело моего любимого просветлело. — Нет, что ты! До толстой тебе еще жрать и жрать! — очень искренне сказал он.

И тут же простодушно поинтересовался, что у нас будет на обед, который вместо полдника. Коварные килограммы, услышав это, мерзко захихикали и потерли свои жирные лапки.

— Не знаю, что на обед, а на ужин я бы очень хотела твое фирменное барбекю, дорогой. — Мамуля оторвала взгляд от смартфона и умильно посмотрела на папулю. — Но здесь это, наверное, невозможно устроить, да, Боренька?

Это была чистой воды манипуляция. Польщенный папуля, разумеется, повелся на нее и заявил:

— Для нас, дорогая, нет ничего невозможного! Во дворе стоит мангал, я уверен, Зяма сможет договориться с Венимамином, чтобы нам разрешили им воспользоваться. А Денис поможет мне с мясом.

Я вопросительно посмотрела на мамулю. Та сначала рассыпалась в похвалах и благодарностях нашим благородным рыцарям, всегда готовым исполнить любой каприз милых дам, а потом тихонько объяснила мне:

— Пока они раскочегарят мангал, приготовят мясо… Мы тем временем без помех займемся письмом. Инжик написал, что он уже готов.

— Инжик?

— Да Ингмар же Юрьевич! Профессор Конецкий!

— Он для нее «Инжик»? Похоже, у них что-то было, — нашептала мне Алка.

— Надеюсь, очень давно, на заре туманной юности, когда они вместе грызли гранит филологии. Иначе конец Конецкому, если папуля узнает.

Папуля тем временем уже вербовал себе помощников. Денис согласился без возражений, а Зяма, хитрюга, увильнул:

— Я договорюсь о мангале, но никак не смогу встать к нему вместе с вами, мне нужно обсудить с Пыжиковым эскизы.

— Работа — это святое! — сказала на это мамуля и добавила, прикрываясь ладошкой, для нас с Трошкиной: — Тоже хороший вариант.

Мы покивали: понимаем, мол. Пусть Зяма не будет прикован к мангалу, как Денис и папуля, но тоже чем-то займется и нам не помешает. Еще и Пыжикова нейтрализует, которого совсем не хотелось посвящать в наш секрет.

Ингмар «Инжик» Юрьевич Конецкий неожиданно оказался очень даже ничего. Я в своем воображении представляла профессора-филолога трогательным и пугливым книжным червячком в огромных очках и оказалась не готова увидеть белобородого викинга со светлыми до прозрачности глазами.

— И не лысый, — огорчилась Трошкина, видимо, болея за папулю. — Зато у Бориса Акимовича цвет лица куда лучше. Этот бледный, как упырь.

— Не говори так, — шикнула я на нее. — Они мамуле нравятся. А «упырь Конецкий» еще и шикарно звучит.

— Молчу, молчу. — Алка затихла.

— Если вы закончили секретничать, может, начнем? — оглянулась на нас мамуля. — Садитесь уже.

Она похлопала по дивану справа и слева от себя, мы заняли предложенные места и поздоровались с профессором на экране ноутбука.

Мне показалось, он рассчитывал на более интимное общение и не обрадовался нашему появлению, но взял себя в руки и постарался не выдать своего разочарования. В конце концов, мамуля же его просила не об онлайн-свидании, а об экспертной консультации.