Книга (Не) Его добыча, страница 35 – Мира Спарк

— Ну ты, — издалека доносится до меня хрипловатый голос, — чушка! Закурить дай.

Прекрасный образ тут же уступает место реальности.

А реальность такова: я в камере с тремя зеками.

И что происходит? Они решают на меня наехать.

Очень интересно.

Возле меня стоит какой-то мутный обрыган и смотрит сверху вниз.

Он себя бессмертным что ли считает?

Быстро кидаю взгляд ему за спину — двое других внимательно отслеживают мою реакцию.

Ждете как я отреагирую, значит?

Мысленно ухмыляюсь.

— Сейчас дам, — глухо рычу в ответ.

Одним движением легко поднимаюсь на ноги сразу выставив кулак.

Нихуевый такой апперкот с огромной амплитудой.

Доходяга только клацает челюстью и беззвучно отлетает к противоположной стене.

Я не вкладывался в удар — не хватал еще тут угандошить ненароком кого, но пацанчик отдохнет маленько это точно.

Двое других подрываются со своих мест.

Не представляю на что они рассчитывают.

Спокойно встречаю их.

Мгновение и… резкий удар ноги.

Один из них сгибается, падает и корчится на полу.

Второй резко останавливается.

Я приподнимаю бровь. Зову его вроде как.

Он стоит, настороженно уставившись на меня.

В глаза дикая злоба и страх — и хочется, и боязно.

Видели мы таких. Спиной к нему лучше не поворачиваться.

Поднимаю руку и четырьмя пальцами делаю приглашающий жест.

Стоит.

Ну, слюнтяй.

— Ты же вроде подраться хотел, — произношу я глухо.

Мое дыхание даже не ускорилось.

На тех козлов, которые корчатся в разных частях камеры я и не смотрю.

— Ну, чего застыл? Или передумал?

Зэчара судорожно кивает головой и поднимает руки вверх — типа, сдается.

Ухмыляюсь.

— Братан, — начинает гундеть он, — попутали, братан. Мастью ошиблись — думали ты лох…

— А я? — открыто усмехаюсь я.

— А ты ровный пацан, братан.

Мне становится очень мерзко не то, что разговаривать с ним. Даже смотреть.

Но.

Дело есть дело.

— Попытали чутка. С кем не бывает, братишка. Не в огорчение, — продолжает умасливать меня.

Не в огорчение, значит.

Кто-то другой на моем месте мог бы подумать, что это случайность.

Бытовой, мать его, конфликт.

Но у меня чутье.

И оно подсказывает, что все не просто так.

Подхожу ближе — доходяга пятится.

Не торопясь, поднимаю упавший табурет. Усаживаюсь. И поднимаю на него лицо.

Стоит, вытянувшись передо мной.

— Ну, рассказывай.

Сереет на глазах. Заметно подрагивает. Как затравленный зверек.

Хмурюсь, выказывая нетерпение.

— Давай мы время сэкономим, — говорю, — вон, на друзей своих посмотри. Потом на меня. Повнимательнее. И дурачка не валяй.

Прямо смотрю ему в глаза.

— Говори, — и на выдохе добавляю, — блять.

«Блять» — это нечто вроде точки. Такой весомой жирной точки.

— Да че говорить-то, братух? — суетливо вертится мужик. — Малява пришла…

— Не пизди, — останавливаю поток слов.

Обмякает и затравленно оглядывается по сторонам.

— Ну, епта…

— Не епта, фильтруй базар.

Осаживаю его раз за разом.

— Ну, короче, — видно, что ему, не обремененному интеллектом, не просто подбирать слова.

Ну, пусть поднапряжется. Читал, что полезно для нейронных связей.

— Гражданин начальник попросил прессануть новичка…

А вот это уже похоже на правду.

— Сказал, без жести…

А вот это уже нет.

Не будь я — я, эти гиены оторвались бы по полной.

Таким только до крови бы дорваться…

— Че за начальник?

— Да я хуй… ой… да я не в курсах, братух…

— Тратишь мое время.

— Ну, вернее, этот, как его… щас вспомню, братух.