Книга Из Сибири, с любовью, страница 47 – Лана Норд

— Ты всё-таки решилась? — осторожно спрашивает он.

— Да, решилась, — киваю, — я и мой ребёнок неразделимы, поэтому когда в следующий раз сюда прилетит вертолёт, я улечу в Москву и больше не вернусь. Останусь там и буду выстраивать свою жизнь с чистого листа, без тебя, но с моимребёнком. Ты сделал свой выбор, я тоже, — игнорирую опрокинутое выражение лица Макара и выхожу на улицу.

Там даю волю слезам. Боль и обида переполняют меня. Мне нужно прогуляться и успокоиться. Больше свои искренние чувства показывать Макару я не намерена. С этого момента мы с ним чужие люди.

Вертолёт должен прилететь в конце месяца, то есть через неделю.

Наши отношения с Макаром остаются напряжёнными, мы почти не разговариваем. После его слов — на душе пустота. Моё сердце разбито вдребезги, я не срываюсь в депрессивное состояние из-за ребёнка, которого ношу под сердцем. Он ни в чём не виноват.

Сначала во мне ещё теплится надежда, что Макар одумается, признается, что любит меня и будущего малыша, что пойдёт ради нас на всё, но с каждым днём эта надежда тает. Он, как обычно, угрюм и неразговорчив, и я диву даюсь, как могла влюбиться по уши в этого нелюдимого человека.

Наконец наступает день отлёта.

Мой чемодан собран, волосы уложены в аккуратный хвост, максимально закрытая одежда и маска невозмутимости на лице. Я готова покинуть это место.

Слышу гул вертолёта и иду к чемодану, но не успеваю, Макар перехватывает его первым.

— Я провожу, — безапелляционно заявляет он.

Я киваю и прохожу вперёд. Спорить бессмысленно, это ничего не изменит. Все свои чувства и эмоции я скрыла за толстой бронёй, и пробиться к ним невозможно.

В молчании идём по извилистой тропке к месту приземления вертолёта. Внезапно Макар трогает меня за плечо. Я, погрузившаяся в свои невесёлые мысли, вздрагиваю и оборачиваюсь.

— Вика, — он растерян и будто смущён, — давай ещё раз всё обсудим. Может, есть какой-то выход из этой ситуации, который бы устроил всех?

Я смотрю на него в упор: прямо, смело, без слёз и претензий. Я словно каменная статуя снаружи, а внутри всё разрывается от боли из-за предстоящего расставания. Просто теперь я знаю наверняка, что сюда больше не вернусь.

Ни за что! Никогда!

— Мы уже всё обсудили, Макар, — мой голос чёткий и спокойный. Ничто не указывает на моё истинное состояние. — Нам не по пути. Я только сейчас это ясно поняла. Ты эгоистичен, заперся в своём горе и упиваешься им, не замечая, что делаешь несчастными близких людей вокруг. Ты бросил в одиночестве свою мать и слишком горд, чтобы сделать шаг ей навстречу. А ещё слишком труслив, ведь даже не можешь просто прочитать её письмо. Ты отказываешься сейчас от своего малыша, потому что решил, что больше не хочешь иметь детей. Из-за своей глупой зацикленности ты предлагаешь убить нашего ребёнка. Ты нездоров, Макар! Тебе действительно нужно жить одному,в глуши сибирских гор. А я возвращаюсь к людям. Туда, где я воспитаю своего ребёнка достойным человеком. Он вырастет порядочным и смелым, я тебе обещаю. А теперь прощай, Макар! Не поминай лихом. И забудь всё, что произошло между нами, как страшный сон.

Последний раз смотрю на Макара. Впитываю глазами каждую его чёрточку, вдыхаю его запах. Мозг фиксирует все эти детали, чтобы они спустя время остались лёгкими воспоминаниями, надеюсь, что приятными.